"Он слушал сидевшую за столом напротив девушку, и та говорила ему о чем-то, что касалось их обоих, что зародилось в нем давным-давно и не закончится никогда, что есть в человеке… о земле, о жизни на земле, дни и ночи напролет, о сути и движении, о себе. Из окна второго этажа он увидел человека на велосипеде… оседланные им два колеса катятся по плоскости города… а девушка говорит…"
«В 1933 году в Лондоне была издана „пророческая“ книга Герберта Уэллса „Контуры грядущих вещей“. Пугая читателей всяческими ужасами будущих войн и эпидемий, Уэллс – „прорицатель“, указывает точно и конец этих ужасов: он назначает на 1946 г. в Басре международную конференцию летчиков. Конференция вырабатывает новую систему международной диктатуры. Пользуясь сильнейшим орудием военной авиации,...
«…Прима ягодных культур. Так без преувеличения можно назвать садовую землянику. А сориентироваться в ее огромном разнообразии сортов бывает непросто. Особенно начинающему садоводу-любителю…» «…Помимо сортовой характеристики, в брошюре даются советы по агротехнике популярной ягодной культуры, а также рекомендации по борьбе с ее вредителями и болезнями, приводятся рецепты приготовления блюд,...
Фантасмагория на тему еврейского вопроса. Исход евреев из Египта. Гипотеза о происхождении этой религиозной ветви. Отрывок из романа «На переломе эпох».
«В числе знакомых Нади было, между прочим, семейство Печкиных. С этим семейством Надя познакомилась, во-первых, потому, что Софья Васильевна, жена Печкина, оказалась подругою ее детства, а во-вторых, потому, что сваха, уже начавшая свои посещения, отозвалась о Печкиных почти с благоговением. – Пройди ты всю подвселенную, нигде ты этого рая земного не сыщешь!.. – говорила она Наде…»
Весь цикл творчества носит исповедальный характер. В книгах автора читатель сможет со вниманием проследить диалог человека с ангелом. Неслучайным является факт названия первого литературного сборника произведений писателя «Ангельский свет». The whole cycle of work is of a confessional nature. In books, the reader will be able with attention to follow the dialogue of a man with an angel. A miracle is the title of the first literary collection of works of the writer «the Angelic light».
Земной рай – трилогия. Три периода жизни в России. Советский период – «Герой советского времени», настоящее время – детектив «Черная метка» и «Гастарбайтеры». И третий период – «Земной рай» – через 5 столетий.
В новой книге автора представлены стихи, рубаи и афоризмы, которые предназначены для широкого круга читателей, но, прежде всего, они адресованы тем, кто интересуется познанием своего истинного «я» и стремится идти по пути духовного совершенствования. В книгу также включены притчи – увлекательные, мудрые и поучительные истории с древними, но всегда живыми и актуальными сюжетами.
«Бабушка Евдокия, она же Авдотья, она же Баба Дуня, как ее звали в коммунальной квартире, родилась в глубинной Рязанщине в 1860 году, в крестьянской семье, то есть до годовалого возраста в записях числилась как крепостная помещиков Лесковых. В вольно-крестьянском сословии возросла, вышла замуж за неспокойного Збайковичева Василия, что слыл «пьющим, драчливым и до чужбинки охочим», и прижила с ним двенадцать...
«Нужно обладать определенной смелостью, чтобы иметь в лучших подругах профессиональную модель. По крайней мере, Кате Брусницыной нравилось думать о себе, что она смелая. У нее самой внешность была вовсе не модельная, а совсем даже обычная. Среднего роста, с ничем не примечательной фигурой и простеньким, хоть и милым личиком, живым и выразительным благодаря большим ясным глазам…»
«Подновогодний вечер. Нелли, молодая и хорошенькая дочь помещика-генерала, день и ночь мечтающая о замужестве, сидит у себя в комнате и утомленными, полузакрытыми глазами глядит в зеркало. Она бледна, напряжена и неподвижна, как зеркало. Несуществующая, но видимая перспектива, похожая на узкий, бесконечный коридор, ряд бесчисленных свечей, отражение ее лица, рук, зеркальной рамы – всё это давно уже...
«Сначала кто-то долго пытался нашарить ключом замочную скважину. Человек, пытавшийся сделать это, применял такой способ: откачнувшись, он падал на дверь, с приставленным к животу ключом, в надежде, что ключ случайно проскользнет в замочную скважину. Но это было похоже на лотерею-аллегри, где на сто пустых билетов – только один выигрышный…»
«– Послушайте, Райвич, вы не думайте: эта история не окончена. Я именно и прислан сказать вам, что она не может быть кончена. Мы еще вас станем судить. Ян беспокойно поднял глаза на товарища. Глаза были близорукие, черные и выпуклые. – Как судить? – проговорил он робко и глуховато…»
«Давно уже театром не интересовались так, как сейчас. Кажется, только и интересуются, что театром. Куда ни придете, – по третьему слову разговор о театре. Скоро здороваться будут: – А! Доброго здоровья! Как похаживаете в театр? – Да благодарю вас! Слава Богу! Каждый день. Вы как?..»
«Веня Нарциссов полностью оправдывал свою фамилию. Сколько себя помнил, обожал смотреться в большие и маленькие зеркала. Любуясь собою, часами мог стоять у темных витрин, вглядываясь в маняще прекрасное отражение в стекле. А сверстники гоняли в футбол. Ухлестывали за девочками. Пили пиво. Стучали в домино…»
«Брат сказал по телефону, что заедет к нам, требуется помощь. Юре тридцать шесть лет, инженер, зарабатывает хорошо. Но, как все холостяки, в тратах неумерен, периодически оказывается на мели…»
