«Некий молодой человек, 1906 года рождения, после долгого размышления о смысле жизни записал в свой дневник следующее, на первый взгляд странное замечание: „С настоящего момента я даю себе слово всегда следовать указаниям Высшего Разума и законам магнетизма“…»
«На ежегодных скачках 21 мая 1926 года в Ипсоне всеобщее внимание привлек розыгрыш главного приза в пять тысяч фунтов стерлингов. Среди трехлеток прекрасных английских скакунов выделялись два претендента на первенство: светло-золотистая Лорелей и рыжий красавец Викинг. Большинство ставок было поставлено на этих двух лошадей, уже показавших свои необычайные качества на тренировочных пробегах. Но Викинг,...
На Вооксе экипажу «Цитры», выполнявшему там дипломатическую миссию, преподнесли в дар громадного зверя крокса. Но как довезти его до Земли? Как наладить контакт с удивительным животным?
Увлекательные и смешные рассказы, основанные на реальных событиях на просторах Советского Союза в эпоху "холодной войны". По понятным причинам, все фамилии реальных участников изменены. Читатель без труда окунётся с головой в события "брежневских времён" и насладится яркими и добрыми воспоминаниями о тех "золотых годах".
«Однажды маленький мальчик Евсейка, – очень хороший человек! – сидя на берегу моря, удил рыбу. Это очень скучное дело, если рыба, капризничая, не клюет. А день был жаркий: стал Евсейка со скуки дремать и – бултых! – свалился в воду…»
Сборник стихов современного российского поэта, пишущего в редкой повествовательной манере. Героика человека и вещи, обреченных путешествовать по реке отведенного им судьбой времени. В общем, завораживающие умные строки, в которых каждый может услышать что-то свое.
Женские врачебные курсы были открыты в Петербурге осенью 1872 г. Несмотря на успешную деятельность Курсов, в 1881 г., с усилением реакции, возник вопрос об их закрытии под предлогом отсутствия средств, и 5 августа 1882 г. последовало повеление о постепенном упразднении Курсов. В связи с этим началась широкая кампания передовых кругов русской интеллигенции за их сохранение и стали собираться денежные...
«Я решил не терять времени и поэтому, когда робот подкатился ко мне со щеткой в одной лапе и пылесосом в другой, сказал ему: – Гладить брюки сегодня тоже не будем…»
Краткость, своеобразная поэтика, афористическое выражение мысли, непосредственность чувств, легкость запоминания, проникновенный разговор о природе – вот, что такое хайку, которые характеризует всю мудрость Востока.
«Мы живем на скале, которая утопает в море. Если откроешь окно и выглянешь наружу, то море и под тобою и перед тобою. А если смотреть вдаль, то и над тобой. А когда выйдешь за ветхую дверь и подымешься на пять-шесть ступеней, намеченных грубо в каменной породе, то ты уже находишься в лесу, среди кривостволых приморских сосен, смолистый запах которых просто удушает…»
«Пролетарская культура, пролеткульт – слово ново и модно, но понятие, определяемое им, далеко не ясно. Мне лично довелось слышать от одного талантливого представителя нашей «пролетарской поэзии» характерное признание: «У меня самого этот вопрос (о пролетарской культуре) ещё очень смутен в голове». Под «пролетарской поэзией», напр., одни разумеют – произведения, посвященные быту и идеологии...
«Вот уже целая неделя, как я хожу сам не свой. Это произошло со мною совершенно неожиданно, застигло врасплох, как буря на море, как смерч в пустыне, как поезд, сошедший с рельсов. И я показался самому себе донельзя слабым, жалким и беспомощным. Вероятно, таким чувствует себя ребенок, потерявший мать на шумной и людной площади, где тысячи щегольских экипажей грозят ему смертью. Это ощущение...
Безнравственность, постоянное нарушение Законов мироздания, жестокость людей приводит к гибели планеты Земля, что является естественным финалом. Это закономерный акт космической эволюции, не терпящей зла и насилия. В каком-то смысле «Смерть планеты» можно рассматривать как роман-предупреждение.
«Прозеванным гением» назвал Сигизмунда Кржижановского Георгий Шенгели. «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность», – говорил о себе сам писатель. Он не увидел ни одной своей книги, первая книга вышла через тридцать девять лет после его смерти. Сейчас его называют «русским Борхесом», «русским Кафкой», переводят на европейские языки, издают, изучают и, самое главное, увлеченно читают. Новеллы...
«Сколько лет было Акиму, никто не мог сказать, да и сам он не знал. Хозяйка его умерла, дети выросли, и сам он одряхлел так, что не мог уже работать: только липовые лапотки плел. Семья жила вместе неразделенная, в одной избе, – но нужды с каждым днем не убывало, а прибавлялось. Тяжело было смотреть Акиму на эту бедность, и он совестливо, с душевной болью принимал каждый кусок хлеба…»
Рецензия Тургенева на «Смерть Ляпунова» написана в духе общественно-политических и эстетических взглядов Белинского. В драме Гедеонова «Смерть Ляпунова» Тургенев усматривал все особенности «ложновеличавых» исторических пьес, заполнявших русскую сцену в 30–40-х годах и имевших успех в правительственных кругах, а также у реакционной критики. В своей статье Тургенев подсказывал реальный путь обновления...
«– Гм, – пробормотал дядюшка, и слабая улыбка искривила его уста. Мы сидели на галерее в теплый летний вечер и глядели на море. Я только что рассказал ему о своем брате, который погиб в море год тому назад. Рассказ взволновал меня: я побледнел, и дрожь пробежала по моим членам…»
«…Наконец, после коротких, но мучительных страданий, Человек-Гора (так сам Гулливер передавал лилипутское слово «Куинбус Флестрин») с сильным шумом испустил последнее дыхание, но друзья покойного, ученые, придворные, врачи и простой народ долго еще не решались приблизиться к трупу, так как не были уверены в смерти и боялись, что резкое движение руки или ноги, какими сопровождается агония, может причинить...
«Высокая мрачная комната, в которой умерли сын и жена Человека. На всем лежит печать разрушения и смерти. Стены покосились и грозят падением; в углах раскинулась паутина – правильные светлые круги, включенные безысходно один в другой; грязно-серыми прядями спускается мертвая паутина и с нависшего потолка. Точно под упорным давлением мрака, черной безграничностью объявшего дом Человека, подались внутрь...
