«Густая завеса тумана, долго скрывавшая горы, стала рассеиваться; замолк беспрестанный шум дождя, и высоко-высоко в небе сквозь быстро несущиеся облака стала просвечивать кое-где лазурь…»
Это книга о пользе и вреде массажа… в широком его значении и понимании. Каждому полезно знать, что в любом живом и относительно мёртвом организме, явлении и предмете обитает великое множество сущностей, постоянно заменяющих друг друга и ведущих борьбу за выживание и новые «территории». Осторожность и осмотрительность поможет вам не только укрепить своё здоровье, привести в норму состояние «души», но и...
«…Увидев трехглазую лапу, висящую над заброшенной, потрескавшейся дорогой, Зверобой замер – будто налетел на стену. Поднял сжатую в кулак правую руку, давая знак остановиться следовавшим за ним настороженному Тимьяну и напряжённому Васильку, и тихо, не поворачивая головы, скомандовал: – Начинаем. Двое за его спиной действовала слаженно, так, словно не раз уже имели дело с нечистью, хотя не так давно...
Кириллу повезло: он устроился на работу личным водителем к дяде Олегу. Дядя – большой человек, управляет целым районом и живёт на широкую ногу. Он готов помочь племяннику и хочет сделать из него человека; но не всё так просто – у дяди есть тайна…В оформлении обложки использована фотография с сайта pixabay.
«Перед иконою Владычицы Благодатное Небо горит лампада. Это любимая икона в доме сельского дьякона Звениградова, да к тому же сегодня первый день Рождества, а завтра – день Владычицы. В спальне тихо. На дворе вечер – звонкий, зимний вечер, когда скрип шагов слышен чуть не за версту. Дети – у дьякона их трое – спят. Мать дьяконица Марья Константиновна, двадцатилетняя, женщина с ласковыми карими...
«Море, солнце, джаз, пижамы без спины, загар красный, загар бурый, загар оливковый. Но Мурашевой не до того. Не до джаза и не до загара. Она сидит у себя на балкончике и тупо смотрит на мятый клочок синей бумаги с наклеенными на нем белыми полосками. На белых полосках бездушный аппарат выстукал жестокие строки, составленные мстительным Сорокиным…»
«Мы читали Гофманову повесть «Meister Floh». Различные впечатления быстро изменялись в каждом из нас, по мере того как Гофман, это дикое дитя фантазии, этот поэт-безумец, сам боявшийся привидений, им изобретенных, водил нас из страны чудесного в самый обыкновенный мир, из мира волшебства в немецкий погребок, шутил, смеялся над нашими ожиданиями, обманывал нас беспрерывно и наконец – скрылся, как мечта,...
«Мы сидели в маленьком круглом скверике, куда нас загнал нестерпимый полуденный зной. Там было гораздо прохладнее, чем на улице, где камни мостовой и плиты тротуаров, пронизанные отвесными лучами июльского солнца, жгли подошву ноги, а стены зданий казались раскаленными…»
Собрание бланков документов, необходимых водителю: от рукописной доверенности и договора купли-продажи до исковых заявлений и жалоб на должностных лиц. Достаточно лишь распечатать нужную страничку.
«…Он был один на один с пустой квартирой. Человек против четырех комнат и коридора, необитаемых уже целых восемь лет, с тех самых пор, как их предыдущий хозяин умер. Интересно, равнодушно подумал Смирнов, где это произошло. Ему почему-то ясно представилось, что в коридоре. Всего в паре метров от того места, где он сейчас стоял. Хозяин полз. Да, полз к телефону в прихожей, отчаянно цепляясь за остатки сознания,...
«Это было во время Олимпиады, в 1980 году. Многие семьи тогда вывозили своих детей из шумной Москвы, на отдых. Мы с женой снимали дачу для неё и нашего семилетнего сына, в ближнем Подмосковье. Если проехать по Казанской железной дороге и выйти на станции «Отдых», то справа был город Жуковский, а по левую сторону располагался дачный кооперативный посёлок, в котором в основном жили писатели, их дети и...
Эти биографические очерки были изданы около ста лет назад в серии «Жизнь замечательных людей», осуществленной Ф.Ф.Павленковым (1839–1900). Написанные в новом для того времени жанре поэтической хроники и историко-культурного исследования, эти тексты сохраняют ценность и по сей день. Писавшиеся «для простых людей», для российской провинции, сегодня они могут быть рекомендованы отнюдь не только библиофилам,...
Двое юных волшебников и чародеев с планеты Блекса Пазнолий и Дафнура приходят на помощь гибнущей цивилизации Земли-127. Следуя незыблемым Законам Мироздания, они без страха вступают в борьбу со Злом и одерживают нелёгкую, но очень важную победу.
Из этой книги вы узнаете: – Возможности и преимущества блендера; – Что такое смузи; – Секреты некоторых продуктов; – Полезные таблицы; – Рецепты блюд от реальных людей.
«Все были недовольны. Пока никто еще не говорил ни слова, но ясно было, что все недовольны. Неприятности начались с минуты приезда на станцию. Шел дождик, облака бежали низко. Озеро тянулось серое, тусклое. И оказалось, что до имения Столбы, где две семьи, Назаровы и Каминские, наняли вместе дачу, – дороги нет и лошадей достать нельзя…»
«С вечера, как всегда, была назойливая, дребезжащая тревога. Вдруг Наденька не придет? Нет, нет, она все понимала и даже не собиралась осуждать – ни на минуту, не приведи господи! Ну что ей делать у старухи? Сомнительное удовольствие обсуждать болячки и теребить заскорузлые воспоминания. Хотя нет, конечно же, Софья Михайловна старалась держать себя в руках и об этом не говорить. Зачем девочке ее невеселые...
Школьница-интеллектуалка подвергалась (подобно героине фильма «Чучело») остракизму со стороны одноклассников. Ей это надоело. Перейдя в другую школу, девочка стала «Чучелом» … в своих глазах и кошмаром для педагогов… Зато любимицей одноклассников! Но «тут явилась эта самая любовь» в лице нового учителя. И наша героиня по примеру Труффальдино выдумала интеллектуальную сестру-близняшку, в которую...
«У Наташи раздвоилась личность. Это совершалось постепенно – на Любавиных глазах. Сперва она заметила симптомы в поведении младшей сестры. К бывшей шимпанзе вернулись обезьяньи повадки. Выходя во двор, Наташа не пропускала ни одного подходящего дерева, чтобы на него взобраться. Когда баба Настя попыталась её урезонить, девочка подняла с земли палку и, что есть мочи, стала колотить ни в чём не повинную...
«Жил-был блин – рассыпчатый, крупитчатый, поджаренный, подпеченный. Родился он на сковороде, на самом пылу. Масло на сковороде кипело, шипело, прыгало, брызгало во все стороны…»
«Он и сейчас этот Рынок стоит запущенный и закрытый. От него остались только кованные ворота с буквами «Б» и «Б» и старой надписью «Торговый Дом». Когда-то поговаривали, во времена процветания Нижегородской Ярмарки это было место, где диктовались мировые цены на муку. В советские времена он был знаменит тем, что на территории этого рынка в глубине, слева, если заходить с набережной, стоял, как бы спрятанный...
«…– Дмитрий Михайлович, зачем вы целуете мою руку! Это нехорошо. – О, не отталкивайте меня, Евгения (это вместо Женички-то!) Петровна. Однако все это в будущем. А пока Доде – шестой год, и никто, кроме матери и отца, не знает, как его зовут на самом деле: Даниил ли, Дмитрий ли или просто Василий (бывают и такие уменьшительные у нежных родителей). …»
