Сириусы – никто иные, как прародители магии. Они сильны и отличаются друг от друга. Данная история об одних из них, его вид не самый сильный, но и не самый слабы, он из побочной ветви. Сириус-Егер. Иван (Ударение на «и»), на его пути будут стоять разные враги: Элы, Друиды, Тени и прочие существа мира, что хотят заполучить силу прародителя Мира и создателей Сириуса.
«Воплощение Сына Божия – „Слово плоть бысть“ (Ио. 1, 14) – соединило Его со всем человеческим родом без всякого ограничения и исключения. Однако оно совершилось в истории, в определенном месте и времени, чрез посредство „избранного“, к тому приуготовленного в церкви ветхозаветной народа. Христос есть „сын Давидов, сын Авраамов“, родословная которого проводится, по Матфею, от Авраама до „Иосифа,...
«Пятьдесят лет тому назад умер Аполлон Александрович Григорьев, замечательный русский поэт и мыслитель сороковых годов. Из сочинений его издана весьма малая часть: томик стихов и первый том „Сочинений“; то и другое теперь – библиографическая редкость (особенно стихи). О Григорьеве не написано ни одной обстоятельной книги; не только биографической канвы, но и ученой биографии Григорьева не существует....
«Перед богатой усадьбой был разбит чудесный сад с редкостными деревьями и цветами. Гости, приезжавшие к господам, громко восторгались садом. А горожане и жители окрестных деревень специально являлись сюда по праздникам и воскресеньям и просили позволения осмотреть его. Приходили сюда с тою же целью и ученики разных школ со своими учителями…»
«Жил, много лет назад, в небольшом, но богатом городе один купец, торговавший коврами, слоновой костью, пряностями и розовым маслом. Был он человек умный, учтивый, набожный и честный, вел дела свои в примерном порядке и тем заслужил всеобщее доверие и уважение…»
Судьба – равнодействующая тех Сил, которые ведут человека по Жизни. Задача Судьбы – вывести человека на осознание своей Сути и усилить её. Без преувеличения можно сказать, что всё, что происходит в жизни человека, формируется под руководством его Судьбы – все ожидаемые и как бы случайные события и ситуации всегда необходимы, чтобы заставить человека размышлять и действовать по-человечески. Как...
«Друзья зашли в цветочный магазин и взяли букет из роз, приготовленный для Вениамина. Они вышли на улицу, слегка опьяненные влажным и дурманным запахом цветов, привезенных из Ниццы, томных, усталых от долгого пути… Николай и Вениамин прошли два бульвара, пересекли площадь, миновали собор и уже хотели по привычке идти на мост, как вдруг из тумана выросла какая-то дюжая фигура и загородила им дорогу…»
«Образованный англичанин может прожить всю жизнь, ни разу не задумавшись об исторической судьбе своего народа и его назначении. Он знает непосредственным чувством, что его народ живет как целое и что путь его истории непрерывен. A куда ведет этот путь и верен ли он – как узнать? Ведь очевидно, что явления такого размера индивидуальный разум не в силах осмыслить. Лицо живого народа – как огнезарное солнце:...
«Писатель пишет, актер играет, – и интересно знать, для кого все это делается? Петербург очень любит драматическое искусство. Он не может одного дня прожить без драматического искусства. Он возит его с собой даже на дачу, как любимую болонку. Нигде вы не найдете такой массы летних драматических театров, как под Петербургом…»
«Азраил, ангел смерти, летая над землей, коснулся своим крылом мудрого кади Османа. Судья умер, и бессмертная душа его предстала пред пророком. Это было у самого входа в рай. Из-за деревьев, покрытых, словно розовым снегом, цветами, доносился звон бубнов и пение божественных гурий, призывавшее к неземным наслаждениям…»
«Прежде, когда должности не продавались, а приобретались знанием, начальство в Корее было умное. Жила однажды красивая женщина, жена хозяина постоялого двора. Хозяин пил и играл, а она вела все дело…»
«Люди, желающие иметь обо всех окружающих их предметах точное и определенное понятие, желают иметь такое понятие и о славянофильском „Дне“, и потому спрашивают: „Что такое „День“? Есть ли это газета с основательными или, по крайней мере, с определенными систематическими убеждениями, или просто склад неясных и неопределенных представлений, неосмысленных патриотических выходок и восточно-русского...
В своих новеллах Мари Грей представляет широкий спектр человеческих отношений и удовольствий. В них чувства достигают области запретного, фантазии обманывают реальность, а интриги возникают на каждом шагу. Рекомендуется читать одному или в теплой компании…
Производитель:
Продолжение Жизни
Дата выхода: сентябрь 2008
Эта книга, возможно, первая, написанная в жанре демагогии. Вы возразите: «Такого жанра нет!» А я уже написал в нём книгу. Это и значит, что есть такой жанр.
«– Диван, – упавшим голосом сказал Витька, когда я по молчаливому зову дубля «Корнеев-853» пришел в лабораторию. Сам дубль отстал еще в коридоре, наткнувшись на внеплановый ремонт светильников, и теперь глухо бился об стремянку, которую держали пять джиннов. Шестой, как я успел заметить, вкручивал лампочку против часовой стрелки…»
Идейной борьбе с журналами «почвенников», «Время» и «Эпоха», посвящены многие полемические выступления Салтыкова в «Современнике». Одним из активных сотрудников «Эпохи» был Н. И. Соловьев, который после смерти Ап. Григорьева, наряду с Н. Н. Страховым, стал ведущим критиком журнала. Салтыков не удостоил Соловьева критическим разбором всех трех его томов. Поскольку отдельные главы этого сочинения выходили...
«– Суженый, ряженый, приди ко мне наряженный… Суженый, ряженый, приди ко мне наряженный… Пухлые детские губы монотонно, как молитву, повторяли заученные с самого утра слова. Дыхание прерывалось. Лопатки сводило от звуков нечаянно хрустнувших старых, давно не крашенных половиц. И снова девичий неокрепший голосок повторял: – Суженый, ряженый, приди ко мне наряженный… Суженый, ряженый, приди ко мне...
У Сергея Сермягина жена и дочь, понятная размеренная жизнь. Встреча с соседкой, Татьяной Таньшиной, всё изменила. Действие происходит в городе Москве в конце двадцатого века.
«Девушка тряхнула русой косой и отвернулась к стене. Зерцало на стенке вещало неясное: то ли красавица перед ним стоит, то ли уродина, не поймешь вовсе. Помутнело стекло, исчервоточилось. Двести лет ему, а, может, и больше…»
Сборник посвящён Тысячелетию Суздаля. Семь авторов, каждый из которых творит в своём жанре, живёт в своём ритме, создали двадцать один рассказ: сказка, мистика, фентези, драма, путевые заметки, компанейские байки. Выбери свою историю – прикоснись к Владимиро-Суздальской земле.
«– Готов? – Готов. Паузы перед ответом не было, и я с лёгким сердцем нажал на курок. Странно, я даже не предполагал, что это окажется так просто. Выстрел прозвучал почти неслышно. Я стрелял через прозрачную пластиковую перегородку, и всё равно Артемьеву снесло полголовы. Кровь брызнула на пластик. Я положил пистолет на столик. Почему-то я ждал, что от дула будет тянуться струйка дыма, но так ведь только в...
