«Прозеванным гением» назвал Сигизмунда Кржижановского Георгий Шенгели. «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность», – говорил о себе сам писатель. Он не увидел ни одной своей книги, первая книга вышла через тридцать девять лет после его смерти. Сейчас его называют «русским Борхесом», «русским Кафкой», переводят на европейские языки, издают, изучают и, самое главное, увлеченно читают. Новеллы...
«Вам, конечно, часто приходилось читать такие процессы. Человек обвиняется в убийстве любимой женщины. Иногда это сопровождается покушением на самоубийство…»
Эмиль Золя (1840–1902) – знаменитый французский романист, творчество которого ознаменовало новый этап развития реализма. Панорамные картины социальной действительности, острые разоблачения пороков общества в грандиозной эпопее «Ругон-Маккары. Естественная и социальная история одной семьи в эпоху Второй империи», явились результатом глубокого изучения писателем жизненного материала, его тонкой...
«…Кто твердо решился, тот уже половину сделал, говорит пословица. Я твердо решился путешествовать кругом света и далее, если можно; вот, от моей твердой решительности, половина света уже объехана: половина света, которая пуста и незамечательна, в которую я – и заезжать не буду…»
«Странствия! Чувствуете ли, как в этом слове есть что-то внутренне необходимое? Это не выдумка человека, это в природе вещей. «Охота к перемене мест» не «весьма мучительное свойство». Это весьма естественное свойство. Перенесение своего «я», распространение своей пространственности – все живое к этому стремится. Животные завидуют птицам, а растения завидуют животным…»
«…Писарев и Добролюбов противопоставлялись, таким образом, один другому, как два писателя, не имеющие между собой решительно ничего общего, как представители двух Но, на самом деле, справедливо ли подобное категорическое противопоставление? Так ли далеки друг от друга оба корифея русской публицистики и литературной критики «реформационной» эпохи?…»
Земля, 2017 год. Человечество только-только начало оправляться после кровопролитной войны с существами неизвестной природы, длившейся около двух с половиной лет. Внезапно в одном из американских мегаполисов начинается волна таинственных убийств. И правительство решает наконец-то использовать разработку одной мегакорпорации – особую броню, созданную с применением технологий, воистину опережающих свое...
«Очень рдко, почти ничего не приходится намъ говорить о русской реакціонной пресс. Происходитъ это главнымъ образомъ оттого, что эта пресса очень не интересна, и рдко-рдко можно найти и у нея что-нибудь, что могло-бы послужить на пользу нашему читателю. Чмъ объяснить такое оскудніе реакціонной печати, судить не беремся. Зато съ тмъ большимъ удовольствіемъ обращаемъ вниманіе на замчательную статью г. А....
«Страна изгнания» является рецензией на книгу: С. Турбина и Старожила. «Страна изгнания и исчезнувшие люди. Сибирские очерки». С беллетристом и драматургом Сергеем Ивановичем Турбиным (1821–1884) Лесков был знаком и лично. Колоритный портрет этого литератора дан в книге А. Н. Лескова. По его свидетельству, Лесков считал Турбина «нигилистом чистой расы» и «вывел, значительно смягченным, в романе «На ножах»...
Душа ребёнка напоминает огромный заколдованный замок со множеством помещений, коридоров, переходов, галерей, таинственных уголков и невероятного количества скрытых чудесных закоулков. Карта её и путеводитель находится только в руках самого ребёнка, а вернее – в его воображении…
«Прозеванным гением» назвал Сигизмунда Кржижановского Георгий Шенгели. «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность», – говорил о себе сам писатель. Он не увидел ни одной своей книги, первая книга вышла через тридцать девять лет после его смерти. Сейчас его называют «русским Борхесом», «русским Кафкой», переводят на европейские языки, издают, изучают и, самое главное, увлеченно читают. Новеллы...
«…Сережа был единственным сыном Николая Кирилыча Казанцева, и с его потерей он почувствовал, как сразу сломалась главная ось всей его жизни. Теперь незачем вдруг стало посещать службу, заботиться о будущем, строить карьеру. Раз нет Сережи, то это никому не нужно…»
История о двух молодых кадетах: Михаиле и Наталье, попавших из современного мира с района Бермудских островов в 1347 г. во Францию. Об их опасных приключениях, стычках с врагами, подозрениями на колдовство и о многом другом можно прочитать в данном романе. Это первое произведение автора, написанное еще в школе.
В сборник вошли поэмы Есенина «Песнь о Евпатии Коловрате», «Пугачев», «Песнь о великом походе» и «Страна негодяев», а также его необыкновенные стихотворения разных лет, открывающие перед читателем мир подлинных чувств и лирических переживаний. Тот поэт, врагов кто губит, Чья родная правда – мать, Кто людей как братьев любит И готов за них страдать. Он все сделает свободно, Что другие не могли. Он поэт, поэт...
Бунгу-Вунгу – страна приподнятых бровей.При вашем чувстве юмора не дай вам Бог превратить её в страну выпученных глаз! Ведь тогда наступит время, когда жители этой страны вместо «Доброе утро» будут говорить: «Тебе что, повылазило?».Размышления об этом содержатся в книге Виктора Дмитриевича Панько, прозаика и поэта, журналиста, фольклориста и экстрасенса.
Что может связывать опального вождя революции, московского плейбоя-дауншифтера и балканских контрабандистов? Об этом вы узнаете из новой книги Сергея Петросяна «Странник».
Странные чувства, глупые мысли,Поиски счастья в жизненном смысле…Мы в этом мире просто песчинки,Но пазлы жизни сложим в картинку.Жаль, мы не вечны, все кругом смертны,Будем в стихах лишь живы, наверно.В них мы сумеем переродиться,В миг, когда тело в прах превратится.
Посетив Землю, центавряне оставили человечеству странный дар – дримбабл, странное устройство, позволяющее видеть вещие сны, но проснувшись, забывать их.… Но как узнать, с какой целью центавряне оставили дримбабл жителям Земли?
Однозначно шедевр. Вспышка, которую ждала вся мировая литература. Книга, которая вызовет у вас сердечный приступ огромное количество раз за время прочтения. Новый этап в развитии современного искусства.10, нет 12 — A. Davidovich
«…В последний раз в своей беседе, начавшейся словом о том, как основалась и распространялась Церковь Христова, отец Матфей в продолжение беседы более и более оживлялся; к концу же беседы лицо его вдруг засияло от духовного движения, как металл, проникнутый огнем…»
Реакционные круги русского общества, крайне озлобленные появлением романа «Дым», восприняли «Странную историю» как продолжение начатого, по их мнению, писателем в романе холодного обличения своей родины. П. Мериме сообщал Тургеневу 13 (25) марта 1870 г. о беседах с русскими обитателями Ниццы по поводу «Странной истории»: «Как кажется, Ваш последний рассказ привел их в ярость. Они говорят, что Вы ожесточенный...
