Что может связывать опального вождя революции, московского плейбоя-дауншифтера и балканских контрабандистов? Об этом вы узнаете из новой книги Сергея Петросяна «Странник».
Странные чувства, глупые мысли,Поиски счастья в жизненном смысле…Мы в этом мире просто песчинки,Но пазлы жизни сложим в картинку.Жаль, мы не вечны, все кругом смертны,Будем в стихах лишь живы, наверно.В них мы сумеем переродиться,В миг, когда тело в прах превратится.
«Прозеванным гением» назвал Сигизмунда Кржижановского Георгий Шенгели. «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность», – говорил о себе сам писатель. Он не увидел ни одной своей книги, первая книга вышла через тридцать девять лет после его смерти. Сейчас его называют «русским Борхесом», «русским Кафкой», переводят на европейские языки, издают, изучают и, самое главное, увлеченно читают. Новеллы...
Реакционные круги русского общества, крайне озлобленные появлением романа «Дым», восприняли «Странную историю» как продолжение начатого, по их мнению, писателем в романе холодного обличения своей родины. П. Мериме сообщал Тургеневу 13 (25) марта 1870 г. о беседах с русскими обитателями Ниццы по поводу «Странной истории»: «Как кажется, Ваш последний рассказ привел их в ярость. Они говорят, что Вы ожесточенный...
Этот небольшой сборник стихов рассказывает о повседневной жизни моих литературных героев, прославляющих милую сердцу сторонку с кратким названием Русь. Здесь и радости, и неудачи, любовь и вера, да мало ли чем богат наш народ…
«Я совсем не знаю тебя. И даже представить не могу, как ты выглядишь. Но почему-то мне кажется: ты – красивая. И добрая, и умная. И у тебя обязательно такие же нежные, ласковые руки, как у мамы. Мы с тобой близки друг другу, как никто. И у нас могло бы быть множество точек соприкосновения – общие игры и особые словечки. И понимали бы мы друг друга с полуслова, как могут лишь близкие родственники. Но жизни наши...
«…Кто твердо решился, тот уже половину сделал, говорит пословица. Я твердо решился путешествовать кругом света и далее, если можно; вот, от моей твердой решительности, половина света уже объехана: половина света, которая пуста и незамечательна, в которую я – и заезжать не буду…»
«…В последний раз в своей беседе, начавшейся словом о том, как основалась и распространялась Церковь Христова, отец Матфей в продолжение беседы более и более оживлялся; к концу же беседы лицо его вдруг засияло от духовного движения, как металл, проникнутый огнем…»
«Если вы встретите члена привилегированного клуба «Двенадцать верных рыболовов», приехавшего в отель «Верной» на ежегодный клубный обед, то, когда он снимет пальто, вы обратите внимание, что на нем зеленый, а не черный фрак. Если (при условии, что у вас хватит дерзости обратиться к такому возвышенному существу) вы спросите его, к чему такая причуда, он, скорее всего, ответит, что не хочет быть принятым за...
«Это было совершенно невероятно. Более чем невероятно. И все же… Налицо два объяснения. Первое: все приборы одновременно испортились и теперь согласно несут чепуху. Второе: приборы в порядке, но маневр не удался. Первая возможность отвергается всем опытом жизни. Приборы не портятся. Этого просто не бывает. Вторая? Но когда же это тебе не удавался маневр? Не лучше ли выйти и увидеть все своими глазами?..»
Для каждого человека Родина – это место, с которым связаны лучшие воспоминания. Это может быть горная река, у которой вырос, древний минарет, возвышающийся над городом, тихая улочка, по которой в детстве бегал с друзьями. Из бесценных жемчужин воспоминаний и сюжетов о жизни – современной, прошлой, будущей или даже представленной в фантастическом повествовании – собран альманах, общая цель которого дать...
«Он так известен, что я не назову ни города, где он живет, ни его специальности. Выдуманной фамилии тоже не хочется давать. Просто ученый, профессор. Далеко не старый, живой, веселый в обществе, с тихим, нежным голосом…»
Мои стихи – как дети. У каждого своя история рождения, свой характер и своя судьба. Я люблю их как детей – всех вместе и по отдельности. Они часть моей жизненной истории, подъёмов и спусков, полётов и грёз. Желаю им счастливой и благосклонной судьбы!
«Прозеванным гением» назвал Сигизмунда Кржижановского Георгий Шенгели. «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность», – говорил о себе сам писатель. Он не увидел ни одной своей книги, первая книга вышла через тридцать девять лет после его смерти. Сейчас его называют «русским Борхесом», «русским Кафкой», переводят на европейские языки, издают, изучают и, самое главное, увлеченно читают. Новеллы...
Посетив Землю, центавряне оставили человечеству странный дар – дримбабл, странное устройство, позволяющее видеть вещие сны, но проснувшись, забывать их.… Но как узнать, с какой целью центавряне оставили дримбабл жителям Земли?
Часто ли вы задумывались над смыслом жизни? Часто ли Вам приходил в голову вопрос «Зачем мне всё это?» В данном сборнике есть ответы на многие вопросы, которые волнуют современных читателей, а также много того, что заставит Вас задуматься над жизнью ещё больше!
«Перед нами стоял оборванный, босой мальчик, поразительно худой, но чистенький, с удивительно нежным лицом, заострённым книзу. У него были большие чёрные глаза с длинными ресницами. Губы были бескровны, а цвет всего лица напоминал свежий воск. Всего же удивительнее в нём был его голос…»
Ганс и Грета выросли, но по-прежнему живут у ведьмы в Пряничном домике. А может, совсем и не живут, став ее фантазиями. Сюрреалистичное произведение. Перемешивается прошлое и настоящее, реальное и воображаемое.
На этот раз патрульный космический корабль «Гала-4» спешит на один из миллионов астероидов, на котором, по неизвестным причинам, пропало двое рабочих-подрывников. Что могло помешать рабочим вернуться на свой корабль?
Блестящее писательское дарование Ги де Мопассана ощутимо как в его романах, так и самых коротких новеллах. Он не только описывал внешние события и движения человеческой души в минуты наивысшего счастья или испытания. Каждая новелла Мопассана – это точная зарисовка с натуры, сценка из жизни, колоритный образ мужчины или женщины, молодежи или стариков, бедняков или обитателей высшего света. Произведение...
«Я обедал у Гревилля: у него хорошо обедают. Мы много пили и много врали. Все вина в бутылках хозяина и все предметы разговора в головах гостей были исчерпаны, когда мы встали из за стола. Я разстался с ним позже других: Г-жа Гревилль очаровательная женщина!..»
Прелести жизни в большом городе становятся ненужными, а порой и невыносимыми. Люди круто меняют свой образ жизни, уезжают в деревню и оказываются в круговороте загадочных, фантастических и необъяснимых событий.
