«По-видимому, газета „Весть“ хлопочет больше всего о том, как бы покрепче сплотить Российское государство, и выдвигает вперед дворянство только как снаряд наиболее пригодный для этой работы; но в сущности забота у нее другая – это известно всякому, кто хоть изредка заглядывал в эту газету, – это высказывается даже в той самой передовой статье, в которой изложена ее теория объединения…»
Два человека, единственное сходство которых – общая кровь, пытаются стать примером для всего человечества. Исполняя мечту детства, они практически сразу становятся известными на весь мир, и их популярность растёт. Они сталкиваются с проблемой, которую каждый хочет решить по-своему. И кто из них ближе подошёл к ответу на вопрос: «Что это значит – герой?» – решать читателю.
«…Больше всех от гоголевского одностороннего принижения жизни освободился, я говорю все-таки, он же – Лев Толстой – и дорос сперва до военных героев 12-го года, а потом и просто-напросто до современного нам флигель-адъютанта – Алексея Кирилловича Вронского. О Вронском-то я и хочу поговорить подробнее и, между прочим, о том, почему нам Вронский гораздо нужнее и дороже самого Льва Толстого. Без этих Толстых...
«Удивительно быстро наступает вечер в конце зимы на одной из петербургских улиц. Только что был день, и вдруг стемнело. В тот день, с которого начинается мой рассказ – это было на первой неделе поста, – я совершенно спокойно сидел у своего маленького столика, что-то читал, пользуясь последним светом серого дня, и хотя то же самое было во все предыдущие дни, чрезвычайно удивился и даже озлился, когда вдруг...
Два дровосека Хруст и Щепа – обыкновенные трудяги. Они, как и многие другие горожане, исправно выполняют свою работу, возмущаются по поводу издаваемых правителями-тунеядцами указов и просто живут своей жизнью. Правда, один из них за кружкой нектара мечтает создать профсоюз, а второму не дает покоя тень, которая время от времени пробегает по небу. Все идет своим чередом, но однажды катастрофа превращает...
«Тайный дневник редко попадает в чужие руки. Но вот мне повезло. Мне так повезло, что и поверить трудно: у меня в руках не один дневник, а два. Принадлежат они супругам Кашеневым, Петру Евдокимычу и Марье Николаевне. Охватывают они, дневники эти, один и тот же период времени, самый, вероятно, в их супружеской жизни яркий. И вот, сопоставляя по датам записи этих двух дневников, вы получаете такую удивительную...
Поводом к написанию рассказа послужили толки о комете, которая должна была появиться в 1832 году и, по сообщениям некоторых европейских журналов (преимущественно немецких), «сделать удар в нашу бедную Землю». Русские периодические издания ответили на этот слух рядом заметок, целью которых было опровержение «ложной астрологии немцев».
«Дети были очень рады такому подарку и каждое утро бегали посмотреть, не выросли ли яблоки на их деревцах. Но не только яблок, но и листьев на них не было. Детям было очень досадно, что их деревца такие ленивые или скупые, что от них не только яблочка, но и ни одного листика добиться нельзя. Миша так даже на своё дерево рассердился, что перестал ходить к нему в гости; бегал и играл по аллеям в другой стороне...
Настоящая Благая Весть освобождает от страха, потому что говорит в простоте о любви Бога. Иное Евангелие говорит о строгости и требовательности Бога, которому никогда не сможешь угодить.Проповедники иного Евангелия пользуются тем, что нам даже трудно поверить в такую благодать, в такую Благую Весть. Поэтому они говорят нам, что любовь Бога надо заслужить. Итак, иное Евангелие отличается сложностью и...
«Лежат они оба передо мною. Один зеленый – Скорпион („Северные цветы“, альманах), другой серый, Гриф (просто „Альманах“). Давно собирался о них поговорить – уже месяца два-три, как они вышли, – и прочел их давно, – да воздерживался: пожалуй, стал бы бранить. Бранить же их по меньшей мере бесполезно. „Сумасшествие! Кривлянье! Порнография! Безобразие!“ – только и слышишь, чуть зайдет речь о так называемых...
«Философия и религия Индии и Германии – пантеизм, то есть такое учение, в котором зло составляет необходимое условие бытия и жизни. Поэтому единственное средство уничтожения зла здесь есть уничтожение самой жизни, самого бытия…»
«Жило-было два Ивана, два родных брата. Старший брат был совсем умник. Младший Иван был совсем дурак, так что все соседи говорили: «Ну, брат! видно у тебя в голове-то слепая баба помелом вымела, да песочком посыпала!» Впрочем, все соседи любили Ивашку…»
«Был вечер субботы. Переплетный подмастерье Андрей Иванович Колосов, в туфлях и без сюртука, сидел за столом и быстро шерфовал куски красного сафьяна. Его жена, Александра Михайловна, клеила на комоде гильзы для переплетов. Андрей Иванович уже пять дней не ходил в мастерскую: у него отекли ноги, появилась одышка и обычный кашель стал сильнее. Все эти дни он мрачно лежал в постели, пил дигиталис и придирался...
Сергей Петрович Воронин служил в правлении N-ского страхового общества и зарабатывал довольно для того, чтобы жить с семьёй в полном достатке, если, конечно, не позволять себе чего-нибудь особенного; но он имел пагубную страсть собирать произведения живописи. Жил он скромно, не пил, не считая случаев, когда «необходимо бывает» выпить: в торжественных обстоятельствах, – и даже не курил; сам одевался и семью...
«Зашел разговор о том: страшно или нет умирать? Человек средних лет с энергичным нервным лицом умными глазами заговорил: – Как когда. Вот как в промежутке всего нескольких дней, в тех же почти внешних условиях, я видел два раза подряд смерть в глаза. Я с своей партией жил тогда в Батуме. Собственно, не в Батуме, а в окрестностях его, – делал разведки. Неделю всю мы проводили на работах, а в воскресенье ездили...
«В роскошном доме на Острове у екатерининского вельможи, богатого барина Елагина, шли приготовления к парадному обеду. Стол готовили в саду, вблизи круглой беседки, обсаженной деревьями и розами и украшенной статуями. Беседка с ее живыми стенами должна была заменить гостиную. День стоял солнечный. Погода как нельзя лучше благоприятствовала готовившемуся празднику…»
Фантастический рассказ. Дети – сестра и брат попадают в иное измерение – подземную научную лабораторию по исследованию Вселенной. Их ждет тернистый путь возвращения домой…
«У канцелярского чиновника Петра Сергеевича Пальчикова после одного из двадцати чисел появился янтарный мундштук. Мундштук был хороший, довольно большой и отделанный в серебро. Петр Сергеевич с важностью вынул его перед товарищами из футляра и, вставив папироску, закурил, пока просыхала написанная им страница…»
«С залитой солнцем горной вершины спускались два путника с альпенштоками в руках и рюкзаками за спиной. Присутствие проводника с веревкой и ледорубом свидетельствовало о том, что путешественники только что совершили восхождение на гору. Теперь они шли по зеленой лужайке, на которой и решили отдохнуть…»
Разве могли предположить космические дальнобойщики с корабля «Гермес», что получив очередной заказ на перевозку от военных, они окажутся впутанными в интриги спецслужб? Тем более, они и подумать не могли, что вскоре просто возненавидят морскую капусту…
«Теперь на наших глазах разрушается все то, что до сих пор считалось иконою. Темные пятна счищаются. И в самой золотой броне окладов, несмотря на отчаянное сопротивление отечественного невежества, кое-где пробита брешь. Красота иконы уже открылась взору, но, однако, и тут мы всего чаще остаемся на полдороге. Икона остается у нас сплошь да рядом предметом того поверхностного эстетического любования,...
Жила 16-летняя девушка по имени Кэсси, у нее был лучший друг, но с ним случилось страшное: он в коме, из которой не выходит долгое время. Перед Кэсси выбор: спасти его или навсегда его потерять…
