Александр Сергеевич Пушкин (1799–1837) – великий поэт, драматург и прозаик. Его необъятное творческое наследие внесло неоценимый вклад в развитие мировой литературы и культуры. Однако считается, что именно в поэзии наиболее ярко отразился пушкинский гений, ценности и идеалы поэта. Пушкина часто называют «солнцем русской поэзии»: благодаря его творчеству русская поэзия обогатилась и вышла на новый уровень....
Эта книга содержит некоторые стихотворения: от тех, что кричат о насущных проблемах современности, до спокойных лирических строк, описывающих красоту мира.
«…Мой дом просторен и велик. Вокруг леса, овраги, горы. У ног по мхам бежит родник, Подснежники ласкают взоры. Над головой не потолок Лучами жалких люстр играет. Нет, – лучшие огни зажёг Мне мир… И звёздами сияет…»
«Стихи мои я в первый раз выпускаю отдельной книгой, и мне почти жаль, что я это делаю. Не потому, что их написано за пятнадцать лет слишком мало для книги, и не потому, что считаю мою книгу хуже всех, без счета издающихся, стихотворных сборников: нет, я думаю – она и хуже, и лучше многих; но мне жаль создавать нечто совершенно бесцельное и никому не нужное. Собрание, книга стихов в данное время – есть самая...
«Мороз и солнце; день чудесный! Ещё ты дремлешь, друг прелестный. Пора, красавица, проснись: Открой сомкнуты негой взоры Навстречу северной Авроры, Звездою севера явись!..»
Сергей Александрович Есенин (1895–1925) – великий русский поэт, тонкий лирик, певец родной природы, знаток народного языка и народной души, называвший себя «последним поэтом деревни». В его стихах – светлая печаль и молодецкая удаль, бунтарский дух и кандальный сибирский звон, веселый девичий смех и горькие слезы матерей, потерявших сыновей на войне, церковный благовест и тревожные раздумья о судьбе России...
«Едва я на ногах – шатаюся, как пьяный, Мысль отуманена, и голова горит. Ох! тяжело сидеть в тюрьме поганой — В ее стенах один я, как живой, зарыт: Томлюсь, переношу тяжелые лишенья Свободы, воздуха и голоса людей»
«Кларису зря с высоких гор, Алцип близ чистых вод, в долине, И зря ее несклонный взор, Пенял за то своей судьбине, Что каждый день Кларису зрит И каждый день в тоске страдает; Что пленный дух она томит, Приятных дней его лишает…»
Все россказни мои вы назовете бредом Согласен, спора нет; и я за вами следом Их сонным бредом назову: Но тот, кто раз быть вместе с вами, Признается легко, что бредит я стихами. О том, что каждый в вас увидит наяву.
«Взрыв котла произошел ночью. Пароход немедленно повернул к берегу, где погрузился килем в песок, вдали от населенных мест. К счастью, человеческих жертв не было. Пассажиры, проволновавшиеся всю ночь и весь день в ожидании следующего парохода, который мог бы взять их и везти дальше, выходили из себя. Ни вверх, ни вниз по течению не показывалось никакого судна. По реке этой работало только одно пароходство и...
Пивной толстячок из Гренобля стучал пересушенной воблой. Вошла Шэрон Стоун, спросила: «Давно он?» А бармен ответил: «Давно, госпожа». И ещё 99 примерно таких же пятистиший.
«Милостивая Государыня! Согласно высказанному вами желанию, я выписал здесь для вас из дневника моей ранней молодости некоторые из моих приключений; такими приключениями в ту пору была весьма богата жизнь моряков. Когда я писал свой дневник, то передавал и изображал в нем без утайки все, что испытывал и что чувствовал тогда, и на этот раз не изменил ничего, так как знал, что вам любопытно было узнать, что я...
«Я увидал ее однажды утром во дворе той гостиницы, того старинного голландского дома в кокосовых лесах на берегу океана, где я проживал в те дни. И потом видел ее там каждое утро. Она полулежала в камышовом кресле, в легкой, жаркой тени, падавшей от дома, в двух шагах от веранды. …»
