«Вообще о каждом писателе и каждом художнике можно смело сказать, что его история сосредоточивается в его произведениях, что все, что он пишет, составляет его деяния, и что весь человек выражается в авторе. Но о Сервантесе этого сказать нельзя. Он был знаменитым человеком, прежде чем стал знаменитым писателем, и совершал великие дела, прежде чем написал бессмертную книгу. Его история была бы интересна даже...
Все, без исключения, в какой-то момент начинаем придумывать и рисовать в своих мыслях образ Смерти, что, быть может, придет когда-нибудь за нами. Сегодня. Завтра. Послезавтра. Через месяц. Через год. А может – и через десять лет. Но задумывались ли вы о том, как, быть может, выглядит сама жизнь? Возможно, это девушка-блондинка из соседнего подъезда? А может – юноша с параллельного класса? Как знать, как знать. Ибо...
Это повествование – сказка о том, как зарождалась жизнь в нашем мире. Сама планета предстаёт в образе юной прекрасной Богини, которая спасает от сил тьмы Божественного юношу, упавшего сюда с космических высот. Вспыхнувшее между ними чувство рождает жизнь в ее мире, но появляется тот, от кого она укрыла возлюбленного. Начинается опасная сватка между добром и злом, но любовь побеждает, потому что она...
«…Как только что пойманная рыба, жизнь начинала бить хвостом, подаваясь то вправо, то влево, замирала, казалось, навсегда, то вдруг опять надувала плавательный пузырь и со всей мощью кидалась вперед, унося с собой рыбака…»
«Если в основу жизни мира положить опьянение, то такой мир будет миром падения. Конечно, и войну, и папскую непогрешимость можно также производить от опьянения, одурманивания, омрачения разума. Высшею же степенью опьянения можно объяснить и происхождение новой германо-тюркской империи. Жажда власти, превозношения, обуявшая основателя новой империи и требующая больших вооружений, должна привести к...
Роман, после выхода которого Тургенев назвал Мопассана «бесспорно, самым талантливым из всех современных французских писателей». День за днем, год за годом разворачивается перед нами жизнь красавицы Жанны, дочери барона, – любовь, счастье первых лет замужества, боль от неверности мужа, материнство, вдовство, старость… Эта гениальная в своей простоте книга завораживает читателя глубиной проникновения...
Производитель:
Астрель/АСТ
Дата выхода: август 2008
Л. В. Брант – беллетрист и критик конца 1830–1840-х гг., в течение ряда лет фельетонист «Северной пчелы». Одержимый, по выражению Белинского, страстью «сочинять во что бы то ни стало», Брант перепробовал себя во многих родах – в повести, романе, критических статьях и библиографических обзорах и т. д., публикуя книжки и брошюры за свой счет. Все это неизменно вызывало насмешку в журналах самых разных...
«…Французский издатель говорит, что она переведена с английского манускрипта, доставшегося ему в руки по особливому случаю. Всякий, читая сию примечания достойную книгу, будет удивляться чудесному сплетению судьбы человеческой…»
«Я расскажу вам похождения моего друга Альмансора. Альмансор был сыном знатного вельможи в Египте. В детстве он не был избалован и изнежен; отец его был умный человек и заботился о воспитании сына. Альмансору было около десяти лет, когда вспыхнула война с французами…»
Всех рано или поздно настигает проклятый вопрос «Где взять денег?» – и служителей Мельпомены тоже. А вот решения их могут быть не то чтобы сильно оригинальные, но уж точно нестандартные…
«… Когда у тебя в кармане загораются спички, то радуйся и благодари небо, что у тебя в кармане не пороховой погреб. Когда к тебе на дачу приезжают бедные родственники, то не бледней, а торжествуя восклицай: „Хорошо, что это не городовые!“…»
«…Что касается до меня, – сказал мне один из любезных молодых людей, – то все ваши несчастия – ничто перед моими. Великая важность, что вы попали в словарь! Сколько млекопитающихся желали бы добиться этой чести. Мне так, напротив, здесь очень хорошо: я так пообтерся о печатные листы, что, сказать без самолюбия, я никак не променяю теперешнего моего образа на прежний…»
Знаменитые рубаи Омара Хайяма – персидского философа – прославляют мудрость, любовь и красоту. Зинаида Загранная, наша современница, предприняла попытку осмыслить поэзию Хайяма взглядом потомка, чем воспела и возвысила творческий успех Великого мастера. Так на свет появились оригинальные художественные образы, наполненные светом, яркостью, искренностью.Сборник «Жизнь – прекрасное мгновенье» ждет...
Начиная с советского периода, Векшин ведет свободный образ жизни и из-за своего пристрастия к женскому полу, тяжело продвигается по карьерной лестнице. Он такой же как все – обыкновенный, в меру порядочный и честный руководитель…
«Горячо любила Михаила Юрьевича Лермонтова воспитавшая его бабка, Елизавета Алексеевна Арсеньева, и память о ней тесно связана с именем поэта. Она лелеяла его с колыбели, выходила больным ребенком, позаботилась дать ему блестящее и серьезное для того времени образование, сосредоточила на нем всю свою любовь и заботы. В преклонных летах, частью именно из-за этой беззаветной преданности к внуку,...
Жизнь понарошку – это проблема огромного количества людей в современном обществе.Человек достигает каких-то призрачных целей, долгие годы строит по кирпичикам правильную жизнь, полную насилия над собой и своими желаниями, не замечая того, что лишает себя свободы, счастья и удовольствия.Эта книга задумана как лекарство для души, которое поможет читателю искренне взглянуть на свою жизнь, задать вопрос...
Здравствуй, уважаемый читатель! Эта книга основана на жизненном опыте, на реальных событиях, на рассказах о том, что происходит в жизни обычных людей. А точнее, в жизни особенных детей и их родителей…
«Прежде чем начать перевод священных книг китайцев, является чрезвычайно необходимым сделать довольно большое отступление. Вообще говоря, мы не избалованы исследованиями о жизни восточно-азиатских, африканских, полинезийских народов. Те несколько сочинений путешественников, купцов, военных, которые мы имеем, большей частью трактуют обо всех внешних явлениях жизни народа, которые бывают доступны...
«Было это давным-давно, наверное, в другой жизни или в другом измерении, и цвел тот край, и ломило в глазах при виде садов и виноградников, бегущих к горизонту, и кивали снежные шапки гор случайному или приглашенному путнику, и журчала речка «заходи, гостем будешь», и щекотало в носу от запаха кебаба, и росли на той земле, на одной в общем-то улице, два пацана, Аллахверди и Валерий…»
«У нас есть новый герой: обыватель. Это пошла такая мода, чтобы думать прежде всего о русском обывателе, чуть не о петербургском даже, считаться с ним, подлаживаться к нему, поощрять его, стараться заслужить его внимание. Что интеллигенция! Несовременно думать о какой-то интеллигенции. Да и где она? Били по ней достаточно со всех сторон, забили в угол, – сиди смирно, служи, коли можешь, обывателю, притом...
«…Ленка рыдала в трубку, и я половины не понимала из того, что она говорит. Они с Климом разругались в хлам и даже подрались. Она убежала из дома и теперь сидит в сарае на пристани, потому что в таком виде все равно ей идти некуда, грозилась покончить с собой. Из дома она убежала налегке, а на дворе конец марта, все в пуховиках ходят!..»
