«…Есть люди, которые разговаривают вслух сами с собою. Не знаю, чего это признак и как бы растолковал доктор Крупов[1] подобную манию? Но я должен сознаться, что нередко вслух разговариваю сам с собою. В настоящую минуту делаю то же самое…»
В авторский сборник вошли рассказы и стихи разных лет и разных жанров: «Имя собственное», «Практическая биофизика», «Простагландин», «Пустота», «Семейные сценки», «Небесный булыжник», «Филин в космосе», «FeCl
«1812 год! Какое волшебное слово! Какие великие воспоминания! 24 года прошли с незабвенной той эпохи, а исполинские события все еще представляются воображению нашему как сон вчерашней ночи, который все еще мечтается нам со всей силою, которого мельчайшие подробности мы стараемся припомнить себе и, отыскав в нашей памяти, с наслаждением спешим рассказать нашему семейству, нашим знакомым…»
В рассказе «Детство» показывается жизнь казахского аула и русско-немецкого села 1960-х гг. глазами маленького мальчика. В других рассказах показаны чистота и низменность чувств, искренность и ложь, красота и моральное уродство простых людей и белорусских чиновников, служба в армии, самоотверженный труд сельских жителей в чернобыльской зоне. В размышлениях вскрывается природа многих негативных...
«Мой отец имел в Бальсоре небольшую лавку. Он был ни беден ни богат и был одним из тех людей, которые неохотно решаются на что-нибудь, из страха потерять то немногое, что имеют. Он воспитывал меня просто и хорошо и скоро достиг того, что я мог помогать ему. Как раз в то время, когда мне было восемнадцать лет и когда он совершил первое более крупное предприятие, он умер, вероятно от печали, что вверил морю тысячу...
«Хорошо было во Фриско пройтись по набережной, где жадные чайки носятся вдоль мола, ожидая, что какие-нибудь фраера накидают им жратвы, Там всегда тепло и с лотков перепадает. Только слишком много копов. Неслабо также в каком-то из юго-восточных штатов двинуть по садам, пока жители протирают штаны в барах. Но всегда отовсюду приходилось делать ноги…»
«Когда в солнечное утро летом пойдёшь в лес, то на полях, в траве, видны алмазы. Все алмазы эти блестят и переливаются на солнце разными цветами – и жёлтым, и красным, и синим. Когда подойдёшь ближе и разглядишь, что это такое, то увидишь, что это капли росы собрались в треугольных листьях травы и блестят на солнце…»
«Говорят, напиши рассказ. Про кота. Чтобы кот в рассказе был. Или кошка, это всё равно. Как, зачем? Для сборника. Сборник тематический делается, про котов. У читателей такие сборники востребованы. Мне-то что? Я и про кота могу. Или про кошку, мне без разницы. Начинаем с помещения. Комната, большая, светлая. В комнате – диван. Без этого никак, про кота без дивана не напишешь, а то ему лежать негде будет. Диван...
«… Я спросил: – А кто он такой? Алексей Михайлович поднял палец кверху: – Капитан дальнего плавания – вот он кто такой. У меня даже мурашки побежали по спине. Как? Мой двоюродный дядька – капитан дальнего плавания? И я об этом только что узнал? Папа всегда так – про самое главное вспоминает совершенно случайно! – Что ж ты не говорил мне, папа, что у меня есть дядя, капитан дальнего плавания? Не буду тебе...
Правильную чашку выбирают по руке, весу, изгибу ручки, ладно ложащемуся на палец. Так воин выбирает оружие, писатель ручку, художник кисть. Правильной чашкой начинается день. И узор на её стенках каждое утро рассказывает новую историю.
Эти рассказы для тех, кому нравится воображать, придумывать, вспоминать свои сны и рисовать. Нарисуйте всё, что вообразите, когда будете читать или слушать эти рассказы.
Данная книга содержит как рассказы, так и стихотворения немецкого писателя Вальтера Флекса. Сборник стихов и военных песен «Солнце и щит» был создан автором в память о брате – лейтенанте Отто Флексе, погибшем в битве на Марне. В данную книгу также вошли новеллы о Тридцатилетней войне, повествующие о жизни обычных людей, личная драма которых осталась незамеченной на фоне масштабных исторических событий...
«Родился я в Константинополе, мой отец был драгоманом при Порте и вел, кроме того, довольно выгодную торговлю благовонными эссенциями и шелковыми материями. Он дал мне хорошее воспитание, частью сам обучая меня, частью отдав меня для обучения одному нашему священнику. Сначала он рассчитывал передать мне со временем свою лавку, но когда я стал оказывать большие способности, чем он ожидал, то по совету своих...
«В учении Ницше Сергея Петровича больше всего поразила идея сверхчеловека и все то, что говорил Ницше о сильных, свободных и смелых духом. Сергей Петрович плохо знал немецкий язык, по-гимназически, и с переводом ему было много труда. Работу значительно облегчал Новиков, товарищ Сергея Петровича, с которым он в течение полутора учебных лет жил в одной комнате и который в совершенстве владел немецким языком...
«Мир: куст сирени – вечный, огромный, необъятный. В этом мире я: желто-розовый червь Rhopalocera с рогом на хвосте. Сегодня мне умереть в куколку, тело изорвано болью, выгнуто мостом – тугим, вздрагивающим. И если бы я умел кричать – если бы я умел! – все услыхали бы. Я – нем…»
Производитель:
Астрель/АСТ
Дата выхода: октябрь 2008
Эта небольшая книга – пробный вариант издания, вы можете прочитать рассказ на русском или сербском языке. Это здорово поможет вам, если вы изучаете сербский язык.
У тебя бывало так, что ты ждешь «ту самую высокую, чистую, светлую любовь», а когда она вроде бы приходит, особой и никакой радости нет, и думаешь, а может это и не оно? Или может то самое «оно» бывает только в романтических книгах и фильмах, а в жизни… а как оно бывает в жизни? И уверен ли ты, что ты действительно знаешь, что тебе нужно? И, наверное, проще снова обсудить устройство вселенной, чем...
Эти рассказы разные. В одном – мир разрушен войной, и человечество находиться на пороге вымирания. В другом, двое соревнуются в заплыве, не зная о кишащих чудовищами водах. О странных мутациях расскажет следующий рассказ, а в другом кого-то съедят. Они все разные, но все же их что-то объединяет. Но что это, придется выяснить самостоятельно читателю, дочитав этот небольшой сборник до конца.
