Аннотация к книге "Знаем ли мы все о классиках мировой литературы?"
…«И гений, парадоксов друг» – гений и впрямь может быть другом парадоксов своей биографии… Как только писателя причисляют к сонму классиков – происходит небожественное чудо: живого человека заменяет икона в виде портрета в кабинете литературы, а всё, что не укладывается в канон, как будто стирается ластиком из его биографии. А не укладывается не так уж мало. Пушкин – «Солнце русской поэзии» – в жизни был сердцеедом, разрушившим множество женских судеб, а в личной переписке – иногда и пошляком....
…«И гений, парадоксов друг» – гений и впрямь может быть другом парадоксов своей биографии… Как только писателя причисляют к сонму классиков – происходит небожественное чудо: живого человека заменяет икона в виде портрета в кабинете литературы, а всё, что не укладывается в канон, как будто стирается ластиком из его биографии. А не укладывается не так уж мало. Пушкин – «Солнце русской поэзии» – в жизни был сердцеедом, разрушившим множество женских судеб, а в личной переписке – иногда и пошляком. Можно умиляться светлым отрывкам из недавно введённого в школьную программу «Лета Господня» Ивана Шмелёва, но как забыть о том, что одновременно с этой книгой он писал пламенные оды в поддержку Гитлера? В школе обходят эти трудности, предлагая детям удобный миф, «хрестоматийный глянец» вместо живого человека. В этой книге есть и не слишком приглядные подробности из биографий русских классиков. Их вполне достаточно для того, чтобы стряхнуть с их тел гранитно-чугунную шинель официозной иконы. Когда писатели становятся гораздо более живыми, чем на страницах учебников, то и их позитивное воздействие на нас обретает большую ценность.
Город живет под Куполом. Снаружи — необратимость, внутри — попытки сохранить привычное. В здании бывшего отеля теперь работает Центр, где психологи учат дышать, когда уже нечем, и говорить, когда сказать больше нечего. Алиса — уставшая протестовать, но все еще не готовая сдаться, приходит в Центр, чтобы «вспомнить сон», в котором человечество еще способно все исправить. Федор и Тео делят одно тело...
Роман, остроумно играющий с ожиданиями читателя. С одной стороны, панорама новой утопии — город со всеми атрибутами будущего, с другой — трагикомическая хроника маленьких и больших поражений. Здесь и жесткий конфликт идей, и бытовая романтика, и бодрящее ощущение большого праздника, который вот-вот закончится. История рассказывает о появлении в российской глубинке «СССР» — свободной экономической...
Издательство:
Альпина Паблишер
Дата выхода: ноябрь 2025
Фрэн Лебовиц — американская писательница, известная своим остроумием и ехидными, а порой и едкими статьями обо всем на свете — о жизни большого города, о творчестве, об образе жизни американцев. В Нью-Йорк она приехала в 17 лет и с тех пор старается его не покидать. Она внимательный и вдумчивый наблюдатель, придирчивый критик, но при этом верный и преданный обитатель этого мегаполиса. Недаром знаменитый...
Хочешь вырасти из джуна в крутого сеньора, техлида или стаффа? Эта книга станет твоим навигатором! Автор сам прошел путь от джуна до принципал-разработчика, а потом менеджера в Uber, и он честно рассказывает: • Как не застрять на одном уровне, даже если вам отказали в повышении. • Какие навыки реально нужны на каждом этапе карьеры: не только кодинг, но и умение работать в команде, доносить идеи, брать...
Полная биография В. И. Ленина (1870–1924) представляет собой ревизию ленинских текстов, поступков, партнерств, конфликтов — и не в последнюю очередь «ленинских мест». Автор методично следует за философом-изгоем, сумевшим изменить мир и оказаться на вершине социальной иерархии: от Шушенского до Капри, от «Что делать?» до «Государства и революции», от подполья до Кремля. Читатель, узнавший, как распорядился...
Издательство:
Альпина Паблишер
Дата выхода: ноябрь 2025
- Книга известного киноведа о влиянии творчества Тарковского как на кино и искусство, так и на жизнь человека — неважно, публичного или «обычного». - Автор исследует самые разные сферы культуры, политики, соприкоснувшиеся с феноменом Тарковского. От скандинавского, итальянского и даже мексиканского кино — до философии «конца истории» и постмодерна. От финансовых кулис Каннского кинофестиваля — до...
Оставить комментарий