«Конечно, меня с детства считали извращенным. Конечно, меня уверяли, что моих чувств не разделяет никто. И я привык лгать перед людьми. Привык говорить избитые речи о сострадании и о любви, о счастии любить других. Но в тайне души я был убежден, и убежден даже и теперь, что по своей природе человек преступен. Мне кажется, что среди всех ощущений, которые называют наслаждениями, есть только одно, достойное такого названия, – то, которое овладевает человеком при созерцании страданий другого....
«Конечно, меня с детства считали извращенным. Конечно, меня уверяли, что моих чувств не разделяет никто. И я привык лгать перед людьми. Привык говорить избитые речи о сострадании и о любви, о счастии любить других. Но в тайне души я был убежден, и убежден даже и теперь, что по своей природе человек преступен. Мне кажется, что среди всех ощущений, которые называют наслаждениями, есть только одно, достойное такого названия, – то, которое овладевает человеком при созерцании страданий другого. Я полагаю, что человек в своем первобытном состоянии может жаждать лишь одного – мучить себе подобных. Наша культура наложила свою узду на это естественное побуждение. Века рабства довели человеческую душу до веры, что чужие мучения тягостны ей. И ныне люди вполне искренно плачут о других и сострадают им. Но это лишь мираж и обман чувств…»
Приличные, порядочные люди живут по правилам, потому что так жили их мамы и бабушки, так принято, так положено и так проще – ведь в правилах приличных людей все определено заранее, не надо принимать никаких решений, можно строить жизнь на рельсах, проложенным поколениями, и не смотреть по сторонам. Но что, если однажды сбиться с маршрута и сделать всего один шаг в сторону? Что, если правила окажутся...
Интервью — привычный жанр для знаменитого израильского писателя. Обычно его ответы хорошо продуманы и отшлифованы. Но в этот раз на стандартные вопросы читателей из интернета он решает ответить честно. Его семья на грани развала, лучший друг при смерти, и вот уже год, как он не написал ни одной строчки. И ему самому как никогда нужна сейчас правда. Хотя он и сам уже не уверен, понимает ли он, что это такое. ...
Практическое руководство по использованию Terraform для автоматизации облачной инфраструктуры. Книга построена по принципу сборника рецептов, где каждая задача рассматривается с объяснением «как» и «почему». Она подходит как для начинающих, помогая им освоить основы Terraform и концепции «инфраструктура как код», так и для опытных инженеров, предлагая продвинутые техники для работы с многооблачными средами,...
«Я хочу быть одновременно Моцартом и Майклом Джексоном» — в этой как будто несерьезной фразе удачно запечатлен дух Капитана. Сергей Курёхин — композитор, шоумен, маг-демиург и… писатель. Курёхин оживил ленинградскую рок-сцену, играя в самых известных группах, и создал свою версию тотального театра — «Поп-механику», где на равных участвовали известные музыканты, актеры, парикмахеры, животные. Но уже...
Сергей Михайлович Прокудин-Горский (1863–1944) — изобретатель, фотограф, издатель и общественный деятель, первооткрыватель цветной фотографии в России. Цель работы Сергея Михайловича — запечатлеть "в натуральных красках" всю красоту и богатство Российской империи, используя технологию совмещения кадров. С 1903 по 1916 гг. Прокудин-Горский успел сделать около трех с половиной тысяч цветных снимков,...
Атмосферный кантри-детектив полон идиллий и покоя. Но их разрушает череда жестоких преступлений. 1975 год. Брянская область. Ранним утром в пшеничном поле у дороги находят мертвого киномеханика Сашку. Следов на месте преступления нет. В деревню приезжает опергруппа из Москвы: следователь Туманский, опер Воронов и криминалист Грайва. Первой под подозрение попадает жена убитого Надежда. Она слишком...
Оставить комментарий