«Аня сделала то, что давно хотела, – вышла замуж. Так уж случилось, что мужа она нашла в Петербурге, куда приехала в компании друзей. То есть она ехала с подругой, подруга ехала с бойфрендом и со своей коллегой, которую сопровождал муж, причем явно чужой, что сути дела не меняло. Зачем Аня вообще согласилась на эту поездку, она плохо понимала. Среди Аниных знакомых были те, которые обожали Питер, и те, кто его уважал, но не любил. Сама она относилась ко вторым. Наверное, сказалась еще...
«Аня сделала то, что давно хотела, – вышла замуж. Так уж случилось, что мужа она нашла в Петербурге, куда приехала в компании друзей. То есть она ехала с подругой, подруга ехала с бойфрендом и со своей коллегой, которую сопровождал муж, причем явно чужой, что сути дела не меняло. Зачем Аня вообще согласилась на эту поездку, она плохо понимала. Среди Аниных знакомых были те, которые обожали Питер, и те, кто его уважал, но не любил. Сама она относилась ко вторым. Наверное, сказалась еще студенческая поездка на выходные с любимым на тот момент мужчиной, который как раз был из первых. Он мечтал показать Ане белые ночи, мосты, фонтаны, дворы-колодцы и музеи. Он мог подолгу стоять около каждой таблички на доме, каждой завитушки на фасаде. Аня в первую же белую ночь, промерзнув до костей, начала страдать циститом и ни о чем, кроме туалета, думать не могла. Частые позывы к мочеиспусканию разрушили любовь, и она сразу по приезде в Москву с любимым рассталась, впрочем, без всякого сожаления. Тот, кстати, так и не понял, что случилось, – ведь все было так прекрасно: удивительный город, пронизывающий ветер с Невы и сама Нева… Аня запомнила Питер по кафешкам, в которых был отвратительный кофе, зато были туалеты. И если молодого человека Аня спустя некоторое время вспоминала с некоторой теплотой, то Питеру свой цистит она простить так и не смогла…»
Мы привыкли ходить протоптанными дорожками и бояться сделать лишний шаг в сторону. Работаем на нелюбимой работе, остаемся в абьюзивных отношениях, пытаемся всегда быть удобными. Почему мы не видим возможности жить по-другому? Эта книга рассказывает, как найти настоящего себя и научиться видеть возможности, которые дает нам жизнь. Благодаря знакомству с разными культурами и проведению социальных...
• «Верхум» — это захватывающее интеллектуальное приключение, которое меняет привычный взгляд на мир. • Георгий Васильев — инноватор и рассказчик, умеющий искусно сочетать науку и творчество. • Эта книга помогает увидеть скрытые механизмы, управляющие обществом и повседневной жизнью людей. • Для тех, кто хочет узнать больше о современной научной картине мира и понять, как работает социум. • Книга...
История главного мистического фильма на нашем экране – "Господин оформитель" (1988) – с самого начала была окутана различными тайнами и мифами. По прошествии десятков лет интерес к фильму не исчезает: он интригует пронизывающей музыкой и своей атмосферной звуковой палитрой; заставляет задумываться над тайными смыслами, заложенными в картину; образы и видения погружают зрителя в иллюзорный мир, прямиком...
Атмосферный кантри-детектив полон идиллий и покоя. Но их разрушает череда жестоких преступлений. 1975 год. Брянская область. Ранним утром в пшеничном поле у дороги находят мертвого киномеханика Сашку. Следов на месте преступления нет. В деревню приезжает опергруппа из Москвы: следователь Туманский, опер Воронов и криминалист Грайва. Первой под подозрение попадает жена убитого Надежда. Она слишком...
Вена, 1938 год. Вскоре после Ночи разбитых витрин шестилетний скрипач Самуил Адлер уезжает из страны — его мать, потеряв мужа и боясь за ребенка, отправляет сына с другими еврейскими детьми в очень относительную безопасность Англии. Своих родных он больше не увидит. Все, что остается хрупкому и отчаявшемуся Самуилу, — музыка, в которой мальчик прячется от одиночества и неутолимого горя. А также семья...
Важная часть нового романа Саши Филипенко — кроссворд. Жесткая формальная рамка, в которую действующий герой — при всей его свободе воли и творческой непредсказуемости — обязан уложиться. Иначе замы- сел не вырулит к финалу. Второй совершенно формальный прием — слоны в городе. Избитая метафора, не допускающая вариантов прочтения: слоны — это проблемы, такие огромные, что не заметить их нельзя. Но...
Оставить комментарий