Две истории о шестидесятилетнем Михаиле Михайловиче из поселка Песочный на берегу Северного Ледовитого океана. Но не пугайтесь! Речь совсем не о скучном пенсионере. Миша – человек пожилой, но очень, по-детски, счастливый, и все его зовут просто по имени, «потому что маленький, несерьёзный и мудрый – это одно и то же». В Песочном всегда есть место обыкновенному чуду, а счастье его жителей – в простых и понятных вещах. Это маленький уютный мирок, отрезанный от цивилизации. В нем живут сам Миша...
Две истории о шестидесятилетнем Михаиле Михайловиче из поселка Песочный на берегу Северного Ледовитого океана. Но не пугайтесь! Речь совсем не о скучном пенсионере. Миша – человек пожилой, но очень, по-детски, счастливый, и все его зовут просто по имени, «потому что маленький, несерьёзный и мудрый – это одно и то же». В Песочном всегда есть место обыкновенному чуду, а счастье его жителей – в простых и понятных вещах. Это маленький уютный мирок, отрезанный от цивилизации. В нем живут сам Миша вместе с медведем и оттаявшим мамонтом, хулиган Снегирев и бабушка Оля. А еще в Олином сарае однажды поселились прилетевшие из Петербурга полицейские, которые то становятся философами, то превращаются в оркестр. В Песочном собирают грибы, измеряют температуру Северного Ледовитого океана и играют в шахматы. Маленькие главки можно читать одну за одной, а можно вразнобой. Каждая из них – как короткая притча: то немного грустная, то чуть-чуть философская, то безумно смешная. Истории Гиваргизова по-детски наивны, рядом с реальным всегда живет что-то фантастическое. Во второй части книги это фантастическое прорывается наружу. Ведь Миша отправляется в загадочную жаркую Индию. Деревянные домики Песочного сменяются индийскими храмами, а путешествие превращается в яркий калейдоскоп: диковинные блюда, встречи с йогами, поездки на слоне, киносъемки… Но и в сказочной стране засиживаться не стоит, когда есть куда и к кому возвращаться. И Миша отправляется домой, где весь Песочный встречает его, как великого путешественника.
Новая книга автобиографической прозы Людмилы Улицкой — это личный, глубоко интимный отчет о встрече человека с самим собой. Время, ограниченное настоящим, поскольку сам факт будущего подвергается сомнению. Мир, сжавшийся до размеров комнаты, где перечитываются книги, листаются страницы дневника, переживаются старые любови и дружбы. Эмоциональная память включает в себя многое, в том числе и черные дыры...
Великолепное подарочное издание: 50 томов в кожаном/твердом переплете. 12-24 цветные иллюстрации в каждом томе. «Библиотека детской классики» — это замечательный подарок для детей и их родителей, которые получают полноценную, грамотно составленную коллекцию книг, прочтение которых закладывает базу интеллектуального развития ребенка. Тщательно продуманная подборка произведений избавляет от...
Издательство:
Слово/Slovo
Дата выхода: январь 2023
Перевод с английского: Н. М. Демурова, С. Я. Маршак, Д. Г. Орловская, О. А. Седакова. Послесловие, статья, комментарии: Н. М. Демурова. Иллюстрации: Ч. Робинсон. Сказка о приключениях Алисы в Стране чудес, созданная великим английским писателем Льюисом Кэрроллом (1832—1898), вот уже более столетия остается любимым чтением детей и взрослых. В настоящем издании текст сказки публикуется в классическом переводе Н. М....
«Чагин» — роман о памяти, времени и человеке, которого мучают эти неподвластные ему силы. Время и память — излюбленные темы Водолазкина: им посвящены в той или иной степени все его романы, от «Лавра» до «Оправдания Острова». В «Чагине» писатель раскрывает новую грань этой темы, персонифицируя память в образе человека. Архивист, сотрудник Городской библиотеки Санкт‑Петербурга Исидор Чагин обладает...
Приличные, порядочные люди живут по правилам, потому что так жили их мамы и бабушки, так принято, так положено и так проще – ведь в правилах приличных людей все определено заранее, не надо принимать никаких решений, можно строить жизнь на рельсах, проложенным поколениями, и не смотреть по сторонам. Но что, если однажды сбиться с маршрута и сделать всего один шаг в сторону? Что, если правила окажутся...
Нет места более священного, чем Иерусалим – "ликующий вопль тысяч и тысяч глоток", "неистовый жар молитв, жалоб и клятв", "тугая котомка" запахов: ладана – христианского квартала, рыбы – мусульманского, свежестиранного белья – еврейского, хлебного – армянского. Жить в этом городе непросто, потому что он, по словам Дины Рубиной, – "вершина трагедии". Но что было бы в жизни писателя, если бы в ней не случился...
Оставить комментарий