Федор Достоевский в «Дневнике писателя» отметил: «Нет, не многомиллионные массы творят историю. И не материальные силы, и не интересы, которые кажутся незыблемыми, так и не деньги, не меч и не власть, а поначалу вовсе незамечаемые мысли иногда совершенно незаметных людей». Мы плохо знаем свою историю, а многого не знаем вообще. Десятки лет она состояла из мифов, имена настоящих героев замалчивали, а злодеев и проходимцев поднимали на пьедестал. Много из написанного в учебниках на самом деле или...
Федор Достоевский в «Дневнике писателя» отметил: «Нет, не многомиллионные массы творят историю. И не материальные силы, и не интересы, которые кажутся незыблемыми, так и не деньги, не меч и не власть, а поначалу вовсе незамечаемые мысли иногда совершенно незаметных людей». Мы плохо знаем свою историю, а многого не знаем вообще. Десятки лет она состояла из мифов, имена настоящих героев замалчивали, а злодеев и проходимцев поднимали на пьедестал. Много из написанного в учебниках на самом деле или не было вообще, или происходило совсем не так, как нас учили. Не было «героического штурма» Зимнего, а тайные пружины февраля 1917 года и имена тех, кто на самом деле стоял за кулисами крушения России, в точности не известны до сих пор. Революционеры, фамилии которых и сейчас носят многие улицы наших городов, не были на самом деле героями. Ими был истреблен генофонд русской нации, а многие ее гении вышвырнуты за границу. Мы все еще продолжаем с ожесточением спорить, как началась война, почему ее первые месяцы обернулись такой ужасной катастрофой, ведь у СССР было подавляющее преимущество в танках и самолетах. Ложь, которой нас питали, отравила души не одного поколения, а планетарная трагедия распада СССР потрясла нас так сильно, что до сих пор некоторые с благоговением произносят имя Сталина – величайшего тирана всех времен и народов. Наша история, как никакая другая, до сих пор полна поразительных загадок, невероятных тайн и белых пятен. О них надо писать снова и снова, чтобы избавиться от фальшивых мифов.
Нет места более священного, чем Иерусалим – "ликующий вопль тысяч и тысяч глоток", "неистовый жар молитв, жалоб и клятв", "тугая котомка" запахов: ладана – христианского квартала, рыбы – мусульманского, свежестиранного белья – еврейского, хлебного – армянского. Жить в этом городе непросто, потому что он, по словам Дины Рубиной, – "вершина трагедии". Но что было бы в жизни писателя, если бы в ней не случился...
Как бы ни сложились дела в мире, Соединенные Штаты Америки остаются одним из ключевых игроков на мировой арене. Их действия, нравится это кому-то или нет, вызывают живой отклик у других стран мира. Кто-то хочет перенять модель США, кто-то — сделать все наоборот, кто-то — просто учесть их опыт. Что же такое «американская модель», раз она вызывает такой интерес уже не первое столетие? Какие факторы...
Издательство:
Альпина Паблишер
Дата выхода: март 2024
Пер. с итал.: Н. Я. Рыкова Послесл. и коммент.: В. И. Рутенбург Иллюстрации (33 штуки): Р. Р. Доминов «История Флоренции» — фундаментальный историко-философский труд Никколо Макьявелли (1469-1527), одного из самых влиятельных политических мыслителей эпохи Возрождения. В книге подробно рассматривается политическая и социальная жизнь Флоренции, смена форм правления и борьба за власть с античных времен до...
Впервые на русском — новейший роман современного английского классика, лауреата Букеровской премии, «самого изящного стилиста и самого непредсказуемого мастера всех мыслимых литературных форм» (The Scotsman). «Исход(ы)» публикуются одновременно во многих странах мира в январе 2026 года — к 80-летию «лучшего и тончайшего из наших литературных тяжеловесов» (The Independent). «Книга эта станет для меня последней, — пишет...
Оставить комментарий