«В те годы Верхнего да Ильинского заводов в помине не было. Только наша Полевая да Сысерть. Ну, в Северной тоже железком побрякивали. Так, самую малость. Сысерть-то светлее всех жила. Она, вишь, на дороге пришлась в казачью сторону. Народ туда-сюда проходил да проезжал. Сами на пристань под Ревду с железом ездили. Мало ли в дороге с кем встретишься, чего наслушаешься. И деревень кругом много. У нас в Полевой против сысертского-то житья вовсе глухо было. Железа в ту пору мало делали, больше медь...
«В те годы Верхнего да Ильинского заводов в помине не было. Только наша Полевая да Сысерть. Ну, в Северной тоже железком побрякивали. Так, самую малость. Сысерть-то светлее всех жила. Она, вишь, на дороге пришлась в казачью сторону. Народ туда-сюда проходил да проезжал. Сами на пристань под Ревду с железом ездили. Мало ли в дороге с кем встретишься, чего наслушаешься. И деревень кругом много. У нас в Полевой против сысертского-то житья вовсе глухо было. Железа в ту пору мало делали, больше медь плавили. А ее караваном к пристани-то возили. Не так вольготно было народу в дороге с тем, с другим поговорить, спросить. Под караулом-то попробуй! И деревень в нашей стороне – один Косой Брод. Кругом лес, да горы, да болота. Прямо сказать – в яме наши старики сидели, ничего не видели. Барину, понятное дело, того и надо…»
Эта книга — портрет поколения. «…битое и частично убитое, лишенное уюта, комфорта, внутренне чуждое власти и полностью зависимое от этой власти, отрезанное под страхом кары от своего прошлого – и все-таки сохранившее высоту духа и юмор и то, что называют расплывчато «интеллигентностью», а говоря конкретнее, способность думать об общем благе и сострадать ближнему и дальнему без всякой выгоды для себя»....
Мы живем по правилам, построенным на традиционных ожиданиях общества, таких как поступление в университет, нахождение хорошей работы и создание семьи. Ха Ван задается вопросом, кто установил эти «правила» и нужно ли следовать им, чтобы жизнь считалась успешной. Понимая, что гнался за этой идеальной жизнью, он решил остановиться и переосмыслить свой путь. Он бросил работу и начал искать ответы на основные...
В книге даются наиболее употребительные конструкции современного английского языка по самым распространенным разговорным темам для тренировки навыков устной речи. Тренажёр предназначен для учеников начальной школы, которые только начали изучение английского языка и нуждаются в эффективной разговорной практике. Тщательно подобранный лексический материал поможет освоить и закрепить в памяти...
«Дневник Анны Франк» — записи еврейской девочки, всемирно знаменитый документ памяти о Холокосте. Анна начала дневник в июне 1942 г., в день своего тринадцатилетия, скрываясь вместе с семьей в потайной комнате на Принсенграхт в оккупированном нацистами Амстердаме. Она назвала ее «Убежище». Дневник обрывается 1 августа 1944 г. Все обитатели Убежища были арестованы и депортированы. В январе 1945 г. советские...
Ленинград — родной город Виктора Цоя. Здесь он родился, вырос, стал музыкантом. В этой книге мы как бы идем вслед за Виктором по Ленинграду 1960–1980-х гг. Вот юный Виктор выходит из дома на Бассейной улице и направляется в школу, вот репетирует вместе с Алексеем Рыбиным в "хрущёвке" на проспекте Космонавтов, вот внимательно слушает преподавателя астрономии в ПТУ на улице Стойкости, вот гуляет с семьей по...
Настоящее издание выполнено вручную из натуральной кожи мастерами классического переплета. Классический европейский переплет выполнен из натуральной кожи особой выделки растительного дубления. Использовано шелковое ляссе, золоченый каптал из натуральной кожи, форзац и нахзац marble cover. Обработка блока с трех сторон, методом механического торшенирования, с нанесением золотой матовой полиграфической...
Оставить комментарий