«Она долго лечилась. Очень долго. Куда только ни ездила: и на орошение, и к источникам. Ничего не помогало. Да она весь город перепахала в поисках хороших и умных врачей. Те лишь руками разводили: мол, вся надежда на бога. А бога в то время и не было вовсе. Точнее, был, конечно, но его официально не признавали. А она лечилась и верила. Верила и лечилась. Подолгу лежала в гинекологических отделениях. И так привыкла, что каждую больницу стала считать вторым домом. В больнице можно было отлежаться...
«Она долго лечилась. Очень долго. Куда только ни ездила: и на орошение, и к источникам. Ничего не помогало. Да она весь город перепахала в поисках хороших и умных врачей. Те лишь руками разводили: мол, вся надежда на бога. А бога в то время и не было вовсе. Точнее, был, конечно, но его официально не признавали. А она лечилась и верила. Верила и лечилась. Подолгу лежала в гинекологических отделениях. И так привыкла, что каждую больницу стала считать вторым домом. В больнице можно было отлежаться и подумать. Она всегда думала только о ребенке. О будущем ребенке. Наверное, это и был тот самый материнский инстинкт. Мысль о ребенке не давала Люсе покоя. И еще она вспоминала тяжелый, мрачный взгляд мужа, скользивший по ее фигуре и останавливавшийся на животе. Встретив этот взгляд, она мигом подбирала живот, затаив дыхание. Ждала, что он скажет. Может, выругается – или на кровать завалит. Но муж молча фыркал и выходил из комнаты. Она отпускала живот и проводила рукой по груди, по бедрам, по бокам. Ладони скользили по ровному гладкому телу, а она с трудом удерживалась от рыданий: ну чего, чего ему не хватает? Тело хорошее, сама чистая, дыхание свежее, потом, как от соседки Томки, не несет. А время тихо отщелкивало мгновения, переходящие в дни, недели, годы и десятилетия. Они так и жили: тихо, не ругаясь, словно затаив дыхание. Каждый чего-то ждал. А в доме поселилась тоска. Впрочем, она всегда жила в этом доме. Люся сразу почувствовала тоску, едва перешагнув порог после свадьбы. Жених не соизволил перенести ее на руках, лишь взял под локоток…»
Изучите математическую логику шифрования и дешифрования сообщений, постепенно переходя от базовых принципов ко все более сложным концепциям. Освоив эллиптические кривые, протоколы с нулевым разглашением, гомоморфное шифрование и основы квантовых вычислений, вы заложите прочный фундамент для дальнейшего развития в криптографии. Познакомьтесь с самыми инновационными криптографическими алгоритмами...
Настасья Реньжина, автор бестселлера «Бабушка сказала сидеть тихо», открывает серию региональной прозы «Окно в Россию» историей с родной Вологодчины. В северной деревне Заболотье, на берегу Шексны, природа и человеческие судьбы сплетаются в тугой узел. Паромщик Михаил любит эту суровую землю и таинственную затопленную церковь в Крохино, восстающую из воды как призрак прошлого. Он цепляется за корни...
Начало двадцатого века. Эпоха противоречий. Принять новое время и отказаться от своих привычек – для многих это оказывается невозможным. В модном и загадочном отеле "Гранд Нуар" совершается убийство поэта, по которому сходят с ума все женщины эпохи и сама эпоха. Кто же стрелял – любимая женщина, ревнивый муж или поклонники? Отважный метрдотель отправляется в 20 век, чтобы раскрыть это преступление. *** -...
В 1973 году в о львовской гостинице после торжественной встречи однополчан находят мёртвого ветерана Григория Бусько. Все винят алкоголь. Но вдова знает: он вообще не пил. В то же утро в школьном музее, где хранятся реликвии однополчан, пропадает экспонат — открытка. На её месте появляется чужая фотография в немецкой форме. Вечером гостья Анна Горюнова публично усомнится в боевых заслугах некоторых...
Представлены упражнения на овладение фонетическими, лексическими, грамматическими и стилистическими особенностями научной речи, а также научные статьи для работы по их реферированию. Окажет помощь в подготовке научных докладов и выступлений, связанных с профессиональной тематикой на английском языке. Для студентов, диссертантов, научных работников технических специальностей.
Маша Рольникайте вела дневник в 1941—45 годах, с начала оккупации Литвы германскими войсками и до своего освобождения 10 марта 1945 года. Сначала в гетто Вильнюса, затем — в трудовых концентрационных лагерях Штрасденгоф (Рига, Латвия) и Штуттгоф (Польша). Дневник её менее известен, но не менее значим, чем дневник Анны Франк. Часть дневников Маше удалось записать, большую часть она вела "в уме", запоминая. Целиком...
Оставить комментарий