Эльза не могла уснуть. Она долго смотрела на картину, висящую у шкафа. Белые лебеди на картине начали взлетать в её воображении и она закрыла глаза. Краем глаза Эльза увидела непонятную тень. Девушка открыла глаза и огляделась. В комнате никого кроме нее не было, а на стену у кровати падала тень ночника. Эльза потерла глаза, зевнула и прищурила глаза. Снова мелькнула тень.
Новая книга автобиографической прозы Людмилы Улицкой — это личный, глубоко интимный отчет о встрече человека с самим собой. Время, ограниченное настоящим, поскольку сам факт будущего подвергается сомнению. Мир, сжавшийся до размеров комнаты, где перечитываются книги, листаются страницы дневника, переживаются старые любови и дружбы. Эмоциональная память включает в себя многое, в том числе и черные дыры...
В школе на уроке истории ребятам рассказывали о Холокосте, о том, как во время Второй мировой войны нацисты уничтожили более шести миллионов европейских евреев. Однако София не понимает, как такое могло случиться? Почему произошла эта страшная катастрофа? Но хорошо, что у Софии есть дедушка — Роберто Финци, выдающийся итальянский историк. Уж он-то наверняка знает, что же такого сделали евреи. С этим...
Андрей Дмитриев — прозаик, сценарист; автор книг «Этот берег», «Закрытая книга», «Поворот реки», «Дорога обратно», «Крестьянин и тинейджер». Лауреат премий «Русский Букер», «Ясная Поляна», финалист «Большой книги». Роман «Ветер Трои» — об ускользающем счастье и любви, которая может быть целью, но ничего не решает; это история человека с медной сединой, редким обаянием и умом. От имени его друзей...
Наталья Викторовна Цалко — заведующая приёмным отделением клинического госпиталя "Лапино", практикующий акушер-гинеколог с опытом более 20 лет. Врач, который не считает акушерство работой, а только призванием и любовью всей жизни. Благодаря ей на свет появилось более 5 000 малышей — и каждая история для неё по-прежнему уникальна. Эта книга — не учебник и не инструкция по родам. Это честный, живой, местами...
Автор этой книги — Крэйг Эштон, более 15 лет назад сбежавший из родного туманного Манчестера в солнечный Санкт-Петербург. До своего побега он знал, что в России все едят суп из капусты и картошки, по Красной площади ежедневно ездят танки и люди на улицах улыбаются лишь в свой день рождения. Но попав в город на Неве, он влюбился то ли в корюшку, то ли в русскую баню, то ли в УФМС, то ли в Масяню, то ли в «Осторожно,...
Нет места более священного, чем Иерусалим – "ликующий вопль тысяч и тысяч глоток", "неистовый жар молитв, жалоб и клятв", "тугая котомка" запахов: ладана – христианского квартала, рыбы – мусульманского, свежестиранного белья – еврейского, хлебного – армянского. Жить в этом городе непросто, потому что он, по словам Дины Рубиной, – "вершина трагедии". Но что было бы в жизни писателя, если бы в ней не случился...
Оставить комментарий