Аннотация к книге "Русская философия XXI века. Максимы"
Короткие формы в философии всегда были востребованы – в виде ли набора отдельных фраз, или с отдельными подзаголовками, в составе книги, как у Ницше, пронумерованные, как у Витгенштейна, в стихах, как у Омара Хайяма, устные, как у Кун Цзы и Лао Цзы. Когда мы совершаем попытку строгого систематического описания мира, центром нашего философского поступка стремится стать сама система. Когда мы создаем мифолого-поэтическое описание мира, центром становится описывающий. Но если мысль намеренно...
Короткие формы в философии всегда были востребованы – в виде ли набора отдельных фраз, или с отдельными подзаголовками, в составе книги, как у Ницше, пронумерованные, как у Витгенштейна, в стихах, как у Омара Хайяма, устные, как у Кун Цзы и Лао Цзы. Когда мы совершаем попытку строгого систематического описания мира, центром нашего философского поступка стремится стать сама система. Когда мы создаем мифолого-поэтическое описание мира, центром становится описывающий. Но если мысль намеренно прерывается – не в том месте, где она исчерпана, то есть окончательно убита словом, и не в том, где, потеряв свою энергию чувственно воспринимаемой истинности, доползает до состояния, необходимого системе, – возникает тот самый необходимый зазор, в который и просачивается смысл. Ведь целое мира не поддается окончательной формализации. Обрывочный, фрагментарный текст о мире не означает фрагментарного его восприятия, просто автор не желает выпускать наружу ничего лишнего. Существующее в виде фрагментов само, без насилия складывается в некую картину, уступая миру приоритетное право перед текстом быть целостным. И тогда центром описания становится сам мир. Авторам предлагаемого сборника такой жанр «афоризмов», или «максим» кажется не только продуктивным, но и крайне актуальным для нашей интеллектуальной эпохи.
В школе на уроке истории ребятам рассказывали о Холокосте, о том, как во время Второй мировой войны нацисты уничтожили более шести миллионов европейских евреев. Однако София не понимает, как такое могло случиться? Почему произошла эта страшная катастрофа? Но хорошо, что у Софии есть дедушка — Роберто Финци, выдающийся итальянский историк. Уж он-то наверняка знает, что же такого сделали евреи. С этим...
Настоящий альбом приглашает вас в мир Михаила Шемякина – художника, скульптора, графика и сценографа, чье творчество охватывает широкий спектр тем и стилей. Он создал уникальный художественный язык, сочетающий в себе элементы русского авангарда, сюрреализма и метафизической живописи. Его работы отличаются гротескной выразительностью и богатой символикой. М. Шемякин часто обращается к образам...
Книга проекта Otalandfeu.com , предназначенная для изучения иврита вместе с ребенком. Что это за книга? Трогательная и веселая история о том, как встретились и подружились Отал и Феу - "таксик" и маленький черный котенок. История рассказывается от имени мальчика, в семье которого это произошло. Книга доступна на русском, английском и иврите. Все книги серии . Иллюстрации Алёны Чепурченко . Книга прекрасно издана...
Андрей Дмитриев — прозаик, сценарист; автор книг «Этот берег», «Закрытая книга», «Поворот реки», «Дорога обратно», «Крестьянин и тинейджер». Лауреат премий «Русский Букер», «Ясная Поляна», финалист «Большой книги». Роман «Ветер Трои» — об ускользающем счастье и любви, которая может быть целью, но ничего не решает; это история человека с медной сединой, редким обаянием и умом. От имени его друзей...
"Девочка и тюрьма" – это реальная история, написанная от первого лица Людмилой Вебер, потомственной художницей и выпускницей ВГИКа... В 2016 году ее арестовали по ложному обвинению за организацию убийства. В этом деле смешалось все: многомиллионные бюджеты, голливудские звезды, верность и предательство шекспировских масштабов… Людмила оказалась в московском СИЗО № 6 и провела там 2 года 7 месяцев. В...
Оставить комментарий