«В мусульманском мире немало странностей, но между ними едва ли не первое место занимает мусульманский пост. Вы удивляетесь, что пост поставлен в числе странностей, и притом первого разряда, но как же мне выразиться иначе о Рамазане, о том Рамазане, который я наблюдал, в полном его развитии и блеске, в столице мусульманства – в Константинополе? Все мы привыкли соединять с идеей о посте нечто суровое, полное непрерывных лишений и умерщвления страстей: нет ничего подобного в мусульманском посте,...
«В мусульманском мире немало странностей, но между ними едва ли не первое место занимает мусульманский пост. Вы удивляетесь, что пост поставлен в числе странностей, и притом первого разряда, но как же мне выразиться иначе о Рамазане, о том Рамазане, который я наблюдал, в полном его развитии и блеске, в столице мусульманства – в Константинополе? Все мы привыкли соединять с идеей о посте нечто суровое, полное непрерывных лишений и умерщвления страстей: нет ничего подобного в мусульманском посте, который вдобавок еще и не прообразует никакой тайны, никакого события, исполняется неизвестно зачем и ни к чему почти не ведет. Это – пустая форма без идеи, и притом какая форма!… Заботясь о некоторой оригинальности в своей религии, Мухаммед дал мусульманскому посту необыкновенное условие: человек подвергает себя самому строгому воздержанию от пищи и питья в течение дня, но зато он может вознаградить себя в течение ночи любым угощением и наслаждениями всякого вида, за исключением вина, вообще запрещенного в исламе. Усердный мусульманин и не оставляет пользоваться размашисто дозволением своего наставника, так что Рамазан превращается из поста в самый веселый месяц в году: вместо тишины, самоуглубления и покаяния, вы видите грубое, неистовое подражание афинским ночам…»
Воспоминания Михаила Шемякина, охватывающие период от рождения до изгнания из Советского Союза в 1971 году, читаются как захватывающий авантюрно-философский роман. Художник и скульптор, историк искусства и постановщик спектаклей рассказывает свою историю, а заодно историю родителей, переживших революции; послевоенной Германии, Прибалтики, Беларуси; Средней художественной школы и подпольных педагогов;...
Первая книга о всей истории Санкт-Петербурга, которая будет интересна и понятна каждому, влюбленному в этот город! Лев Лурье — известный петербургский публицист и историк, Мария Элькина — архитектурный критик с безупречной профессиональной репутацией и эксперт в градостроительстве. Вместе они создали первую полноформатную историю Санкт-Петербурга для широкой аудитории. «Вся история...
Книга оксфордского профессора, одного из самых авторитетных исследователей нацизма, рассказывает о Второй мировой войне с точки зрения граждан Германии. В ее основу легли частные письма и дневники времен войны. В хронологическом порядке, с 1939 по 1945 г., изложено, как немцы восприняли начало войны, какие у них были надежды и страхи и как менялись их мысли и чувства в моменты побед и поражений, а также после...
Репрессии нацистов против евреев становились все более жестокими, но Отто Зильберан не хотел верить в опасность. Ведь он — преуспевающий берлинский предприниматель, ветеран Великой войны, и вообще больше немец, чем еврей. Его не тронут. И только уже в ноябре 1938 года, когда в его дом начнут ломиться штурмовики, Отто решится бежать. Но вернется в Берлин. Чтобы снова уехать и снова вернуться. И эта гонка с...
"Седьмой" -- роман, открывающий новый цикл Сергея Лукьяненко "Небесное Воинство". Это книга о космических кораблях и ангелах, о Земле и космосе, о жизни и смерти, о любви и предательстве, о детских вопросах и взрослых ответах. В общем - обо всём том, о чём только и стоит писать. — От автора книг «Рыцари Сорока островов», «Осенние визиты», «Ночной дозор» и «Черновик». — Первая книга цикла «Небесное...
Творчество Сергея Довлатова еразрывно связано с Ленинградом: сюжеты многих его произведений вписаны в топографию города, в его культурную среду и повседневную жизнь. Улицы, проспекты, квартиры, магазины, музеи, кафе и рестораны, театры и кинотеатры, различные социальные и административные учреждения — все эти и многие другие городские реалии вошли в прозу Довлатова как ее важные составляющие. Можно...
Оставить комментарий