Для маленькой Джейн обезьянка в костюме жокея – Манки – была самой любимой игрушкой, которую она не выпускала из рук. Для взрослой Джейн плюшевый Манки стал талисманом – она брала его на все важные встречи, не садилась без него в самолет и не ложилась в больницу. Когда умер Серж Генсбур, Джейн положила Манки в его гроб. …Может, потому, что в детстве у Джейн не было близких подруг, она привыкла доверять все свои секреты Манки. К плюшевому конфиденту обращены и записи в дневниках, которые Джейн...
Для маленькой Джейн обезьянка в костюме жокея – Манки – была самой любимой игрушкой, которую она не выпускала из рук. Для взрослой Джейн плюшевый Манки стал талисманом – она брала его на все важные встречи, не садилась без него в самолет и не ложилась в больницу. Когда умер Серж Генсбур, Джейн положила Манки в его гроб. …Может, потому, что в детстве у Джейн не было близких подруг, она привыкла доверять все свои секреты Манки. К плюшевому конфиденту обращены и записи в дневниках, которые Джейн вела с одиннадцати лет. Но в самой Джейн Биркин нет ничего от куклы – это страстная и смелая женщина, честная с собой и с другими. Певица, актриса и икона стиля не побоялась бросить вызов ханжам и лицемерам: спела с Генсбуром скандально известную «Я тебя люблю… я тебя тоже нет», появлялась на публике в шокирующих туалетах, оставаясь в то же время верной женой, любящей матерью и заботливой дочерью. Дневники несравненной Джейн Биркин – увлекательный рассказ о целой эпохе и живших в ней людях, искренний и откровенный…
Нет места более священного, чем Иерусалим – "ликующий вопль тысяч и тысяч глоток", "неистовый жар молитв, жалоб и клятв", "тугая котомка" запахов: ладана – христианского квартала, рыбы – мусульманского, свежестиранного белья – еврейского, хлебного – армянского. Жить в этом городе непросто, потому что он, по словам Дины Рубиной, – "вершина трагедии". Но что было бы в жизни писателя, если бы в ней не случился...
Баба Дуня возвращается в свое село после аварии на Чернобыльской АЭС. Пока весь мир боится фонящих радиацией лесных плодов, она с единомышленниками выстраивает новую жизнь. Посреди бесхозной земли, где птицы поют громче, чем где-либо еще. Пока смертельно больной Петров раскачивается в гамаке и читает любовные стихи, а доярка Марья водит шашни со столетним Сидоровым, баба Дуня пишет письма в Германию...
- Книга известного киноведа о влиянии творчества Тарковского как на кино и искусство, так и на жизнь человека — неважно, публичного или «обычного». - Автор исследует самые разные сферы культуры, политики, соприкоснувшиеся с феноменом Тарковского. От скандинавского, итальянского и даже мексиканского кино — до философии «конца истории» и постмодерна. От финансовых кулис Каннского кинофестиваля — до...
Издание подготовлено к 200-летию первой публикации «Евгения Онегина». Уличный художник Синий Карандаш создал собственную интерпретацию классического текста. Большая часть самого популярного поэтического произведения русской литературы в этой книге закрашена черным, а из оставшихся фрагментов складывается новая поэма, действие которой переносится в XXI век. Это всё та же «энциклопедия русской жизни» —...
Издательство:
Individuum
Дата выхода: октябрь 2025
Немногие книги о компьютерах оказали такое заметное влияние на управление разработкой программного обеспечения, как "Человеческий фактор". Уникальное озарение этой книги, долгие годы сохранявшей свое положение в списке бестселлеров: "Самые сложные проблемы разработки программного обеспечения носят не технический, но социальный характер. Эти человеческие проблемы решать не просто, однако, решив их, вы...
Пер. с англ.; Послесл.: А. М. Зверев Коммент.: Л. И. Володарская Иллюстрации (32): Е. И. Полозова Говард Филлипс Лавкрафт (1890-1937), в наши дни по праву считающийся одним из классиков американской литературы, при жизни не издал ни одной книги, хотя активно публиковался в журналах. Признание пришло к нему лишь после смерти, а созданные воображением писателя миры, сегодня называемые «вселенной Лавкрафта»,...
Оставить комментарий